Из группы «Мы патриоты Белой Руси»
Из воспоминаний маркиза Пасторе, гражданского интенданта оккупированных Наполеоном территорий Российской империи:
"14 июля в Вильно совершилось присоединение Литвы к федерации Великого герцогства Варшавского 🇵🇱. Уполномоченные составили акт о присоединении, утвердил его король саксонский [Фридрих Август I, он же великий герцог Варшавский - Прим. МПБР]; император изъявил согласие. Весь обряд происходил в самом соборе.
Мне было любопытно посмотреть, как примет известие о своем освобождении тот самый народ, который две недели тому назад разными празднествами приветствовал императора Александра. <...>
...Все с каким-то исступлением разразились рукоплесканиями... ринулись к скамье представителей и наперерыв подписывали свои имена. Когда же, после хвалебных и благодарственных молений, те в порядке вышли из храма и понесли акт присоединения к герцогу Бассано, можно было быть уверенным, что все, невзирая на различные сердечные помышления, одушевлявшие их, готовы были воскликнуть: «И у нас тоже есть Отечество!»".
Из воспоминаний Эжена Лабома, французского штабного офицера, участника Русской кампании 1812 года:
"Пока Главная квартира находилась в Вильно, император прибегал к различным мерам, чтобы обеспечить за собой завоевание. Его щедрые обещания возбуждали энтузиазм в армии, которая шла на величайшие жертвы. Дворяне также поддерживали всеми силами завоевателя в его стремлении обеспечить самостоятельность Польши 🇵🇱 и возвратить ее к тому блестящему состоянию, в котором она находилась при Владиславах и Сигизмундах.
Вид польских 🇵🇱 знамен, водруженных на стенах древней столицы литовских великих князей, вызывал радость всех жителей и пробуждал славные воспоминания в сердцах всех, кому была дорога былая слава родины. Эти мысли о былом величии разгорались всего ярче при появлении на берегах Вилии тех воинов, которые посвятили время своего изгнания прославлению польского 🇵🇱 имени на берегах Нила, Тибра, Таго и Дуная [имеются в виду польские легионы французской армии, сформированные в 1797 году - Прим. МПБР]. Повсюду их встречали кликами радости; народ толпой шел за ними; всем хотелось любоваться на них, всем хотелось запечатлеть в сердце образ этих храбрых соотечественников 🇵🇱, и все были воодушевлены благородным желанием идти вместе с ними под одними знаменами. <...>
Больше всего ему [Наполеону] хотелось побудить литвинов к поголовному ополчению для образования новых полков. Он предлагал оружие всем крестьянам, желавшим восстать против своих господ, и старался вызвать гражданскую войну между дворянством и народом, как это было в начале нашей революции. Эти проекты дали известный толчок в городе, где распоряжался император [т.е. в Вильне], но в местечках и деревнях они не дали желательных для него результатов. <...>
[В прокламации] имевшей целью привлечь на свою сторону литвинов, находившихся на русской службе, говорилось следующее:
«Поляки! 🇵🇱
Вы служите под русскими знаменами. Эта служба была вам дозволена, пока у вас не было отечества, но теперь все изменилось. Польша 🇵🇱воскресла, и теперь надо сражаться ради ее полного восстановления, ради того, чтобы заставить русских признать права, которые были у вас отняты несправедливостью и силой. Генеральная конфедерация Польши и Литвы отзывает всех поляков с русской службы. Польские 🇵🇱 генералы, офицеры, солдаты! повинуйтесь голосу отечества: покиньте знамена ваших притеснителей, спешите все к нам, чтобы стать под знаменем Ягеллонов, Казимиров, Собеских! Об этом просит вас Отечество, повелевают честь и религия»".
Ну что, пропитались "белАрусским" патриотизмом? 😏
Источник: Французы в России: 1812 год по воспоминаниям современников-иностранцев. Ч. I-II. М., 2012. С. 82-85.
#belruspatriot_Отечественная_война_1812
Змагарное представление о польском мятеже 1863-1864 гг. на белорусских землях в лучшем случае сводится к тому, что-де были среди повстанцев "плохие" белые (сторонники унитарной Польши) и "хорошие" красные (за незалежнасьць Літвы-Беларусі). В худшем всё это вообще объявляется сугубо "беларуским" восстанием. Тут поможет только клиника.
"Красные" решительно отличались от "белых" социальной программой. Однако в национальном вопросе и те, и другие видели литовско-белорусско-украинские земли польскими.
Примечательно, что в декабре 1862 года тогда ещё капитан Генерального штаба русской армии Сигизмунд Сераковский, будущий "паплечнік Каліноўскага", яркий представитель "красных" повстанцев, писал в послании на имя военного министра Милютина:
"Называющие Западный край Россиею забывают, что ремесленник мало-мальски грамотный, что крестьянин разжившийся делаются в этом крае поляками, но не великорусами, что польский элемент, что польская цивилизация проникли в плоть и кровь жителей этого края. Дети великорусов, служивших долгое время в этом крае, делаются поляками. Не делаются же они татарами в Казани, башкирцами в Оренбурге. Чтобы объяснить эти явления, необходимо признать, что польская цивилизация стоит выше других в Западном крае, что она лучше всего соответствует современным стремлениям более развитых личностей этого края".
В это же время "белые" польские эмигранты из Парижа писали в инструкции для мировых посредников, которые работали на местах, то есть на территории современных Литвы, Беларуси, Правобережной Украины:
"Парижанин не поймет бретонца или провансала, житель Берлина или Вены, слушая народное немецкое наречие (так называемое «plattdeutsch»), полагает, что [это] язык голландский, а житель Лондона не знает ни слова из наречия валлийского. Поляк же, лишь бы только слушал повнимательнее, всегда поймет всякого русина… Вот это-то и необходимо разъяснить не понимающим означенных обстоятельств крестьянам, которые редко слышат польскую речь, так как управители и дворовые власти говорят с ними на их же народном языке, а власти правительственные — по-московски. Посему с русинами должно говорить почаще по-польски, тем более, что врожденное каждому человеку желание подражать образованному классу общества поможет ко всеобщему распространению между ними польского языка".
(Долбилов М.Д. Русский край, чужая вера: Этноконфессиональная политика империи в Литве и Белоруссии при Александре II. М., 2010. С. 179-181).
Комментариев нет:
Отправить комментарий