Восточная граница Польши 1919-1921 гг.

Они бережно хранят и гордятся паспортом междувоенной Польши, которая преследовала все белорусское. Они антилитовски настроенные. Голова со времён междувоенной Польши от дедов осталась наполненной антилитовской, антибелорусской пропагандой. Поляками они так и не стали. Вот они и придумали лояльный Польше, отрицающий Беларусь и антилитовский литвинизм как принадлежность к «кресам всходним». Люди без определенной национальности. Литвинизм - это «кресовый» антилитовский и отрицающий белорусскую идентичность нарратив.

Из телеграмм-канала «Патриот Белой Руси»:

🦅 Рассуждая о третьем разделе Речи Посполитой, фактический руководитель русской внешней политики Александр Безбородко (1747-1799) писал, что в случае реализации задуманного:

"Получим мы знатное число народа греческого исповедания, в унию обращённого и, конечно, легко имеющего возвратиться в соединение с нашей церковью при одинаком языке, выгоды, которые другие наши соседи [Австрия и Пруссия] не имеют".

(АВПРИ. Ф. "Секретные мнения КИД". Оп. 5/1. Д. 589. Л. 314).

С точки зрения Безбородко, уроженца Глухова (ныне Сумская область) и выходца из малороссийского дворянства, белорусы Брестчины и Гродненщины, а также малороссы Волыни — это люди, которые говорят на том же языке, что и великороссы.

Кстати, прогноз Безбородко по поводу стремительной ликвидации униатства почти оправдался. К концу правления Екатерины II процесс добровольного перехода униатов в православие набрал большие обороты. Увы, он был приостановлен бездумной политикой Павла I (заигрывавшего с Мальтийским католическим орденом) и Александра I (полонофила).

В. В. Швед. Памиж Польшчай и Расияй: Грамадска-Палитычнае Жыццё на землях Беларуси (1772-1863 гг.). - Гродна: ГрДУ, 2001

Чарторийский в автобиографии писал: «Дело в том, что всю мою жизнь единою силою, которая управляла моими действиями, была любовь к Отчизне. Все то, что не могло принести пользы ни моей стране, ни моим соотечественникам, не имело для меня никакой ценности. С детских лет я привык любить и ценить только то, что имело прямое или косвенное отношения к Родине» [135, c. 23]

Томаш Зан уже в 1813-14гг. организовал из учеников Молодеченского училища товарищество «Войско Марса и Апполона», члены которого прогуливались за городом, маршировали, разыгрывали битвы, рассказывали истории о славных людях древности, именами которых называли себя. Прославленные ученики награждались крестами из золотой бумаги(«Крест святой любви к Отчизне»). В 1815 г. Зан написал марш для армии, где призывал юношей спешить на помощь Наполеону Бонапарту. В комедии «Постоянство в дружбе» Зан восхвалял умерших за Отчизну и говорил о надежде возрождения Польши на Венском конгрессе[301, ф. Шильдера, кар. 19, №12, №12, с. 48; 524, с. 209]

301. Российская Национальная библиотека имя С. Салтыкова-Щедрина, Отдел рукописей, ф. М. К. Шильдера

Шаг к присоединению земель Беларуси к Королевству Польскому увидел в организации Литовского корпуса также М. И. Тургенев. В своей книге «Россия и русские» он справедливо писал: «...Все намерения Александра I присоединить к Царству Польскому старые польские области имели своим результатом создание нового корпуса армии, составленного из солдат, которые были уроженцами этих областей. Когда где-то все кончается пением, так в России будто бы всему надлежит заканчиваться солдатами. С этой целью со всех полков армии набрали людей, которые родились в Литве и других польских губерниях; создали корпус, который назвали Литовским; ему были даны отдельный флаг и форма, которая отличалась от формы русской армии, и общество увидело в этих мерах указание на намерения императора еще больше расширить Царство Польское»[381, 276]

381. Тургенев Н. И. Россия и русские // Русские мемуары. Избр. страницы. 1800-1825 гг. - М., 1989

Значительная роль придавалась польскому языку, на котором, по словам Я. Снядецкого, «все могли хорошо и правильно говорить и писать», потому что тот, кто «легкомысленно относиться ко своему языку, тот иностранец на своей земле; он не унаследовал духа предков и язык народа отделяет от языка науки» [188, c. 532, 536]

Развивать польский язык было важно и потому, что высшие круги, которые задавали тон культурной жизни, пользовались французским языком и сдерживали польский, «грубый, неотесанный и возможный только в хате челядника»[645, с. 128]. 

Если б в Вильнюсе не зажегся бы свет, писал Г. Коллонтай к Я. Снядецкому 30 августа 1803 г., так, может, оно «погасло бы целиком для поляков и для их мовы»[632, с. 54]

632. Morawski T. Dzieje narodu polskiego w krotkosci zebrane... T. 6. Polska pod obcem panowaniem. - Poznan, 1872

Чарторийский, который присутствовал на Венском конгрессе, прилагал усилия, чтобы увеличить территорию Королевства Польского за счет не только земель Литвы и Белой Руси, но всех восьми западных губерний Российской империи, возвращение которых на его взгляд положет началу возрождения Польши [605, с. 91]

31 октября 1815 года Александр I приехал в Варшаву. Все ждали от него главного - расширения «расширения протяженности» согласно Венского трактата. Русский очевидец свидетельствует: «Поляки, вообще, смотрели на нас хмуро. Они казались неудовлетворенными и даже не прятали в разговорах, что им должны вернуть Могилев, Витебск, Волынь, Подолье и Литву». Вопрос этот поднял во время секретной аудиенции депутатов Виленской, Гродненской и Минской губерний князь М. Огинский. Алексанр I просил не компрометировать его не ставить в затруднительное положение. «Необходимо, - говорил он, - чтобы все были убеждены в том, что я это делаю по своему почину, что именно я желаю этого». Александр I обещал соединить  западные губернии с Королевством  Польским тогда, когда они укрепят связь с империей при полном доверии согласии между народами[215, c. 97]

215. Любавский М. К. Александр I и Польша // Отечественная война и русское общество. 1812 - 1912

--------------

Krystyna Gomółka. MIĘDZY POLSKĄ A ROSJĄ. 
Białoruś w koncepcjach polskich ugrupowań politycznych 1918-1922. Warszawska Oficyna Wydawnicza. Warszawa. 1994 

В августе 1917 г. на собрании Рады Земли Могилевской дворяне высказались в пользу присоединения Беларуси к Польше. 39

Значительная часть дворян развивала деятельность в ноябре 1917 г. на Минщине в созданном лагере Национально-Охранительном, который в своей программе принимала во внимание концепцию Польши в границах 1772 г., требуя для кресов широкой автономии. Дворяне не соглашались на признание Вильна и Гродна и их околиц белорусскими землями. Беларусью считали минскую, витебскую, могилевскую, а также восточную часть виленской и гродненской губерний. 41 Начавшаяся в мае 1918 года эвакуация немецких войск с территории Могилевщины привела к падению концепции автономного образования, а затем независимого белорусского государства, а много дворян перешло в группу сторонников инкорпорации кресов в Польшу. Не признавая белорусского движения и его стремлений народные демократы на заседании Национального Польского коммитета 5 ноября 1918 года приняли карту по проекту проф. Станислава Грабкого как основу польских претензий. Согласно ей, в состав польского государства вошла католическая часть Беларуси: фрагмент минской губернии с Минском, Слуцком и Пинском, западная часть витебской губернии, Польские Инфлянты с Динабургом, восточная окраина Курляндии, западная часть Волыни по реку Горынь, западная часть Подолья с Плоскировым и Каменцом Подольским. Концепция Грабского была обоснована точкой зрения экономического хозяйствования восточных земель. 42

Начавшаяся в октябре 1918 года эвакуация западных областей могилевской губернии вызвала старания Польской Кресовой Рады на Беларуси, чтобы командования Обер-Оста не отдавало большевикам земель, оккупированных на востоке. В составленном мемориале в середине октября 1918 г. представителями дворян: Львом Лубенским, Эдмундом Ивашкевичем, Мирославом Обезерским, была заключена просьба об выслании польских подразделений на белорусские земли.

Член ППС Лев Василевский в 1917 г. определил ход восточной границы Польши вдоль линии немецких окопов 1916 г. 48

 49 С аналогичными требованиеями выступили отдельные кресовые рады, требуя создания специального управления делами кресов. 50 С октября 1918 г. в Варшаве начал функционировать Коммитет Восточных Дел. В его составе оказались: Витольд Каменецкий, Стефан Мицкевич, Александр Бабянский. Активное участи в его заседаниях принимали представитель Польской Рады Минской земли: Мирослав Обезерский, гр. Лев Лубенскй, Владислав Рыбинский. Намеревались выслать делегацию к Пилсудском с просьбой об формировании войска для кресов, создании полуофициального правительства в Вильне, Белостоке и Минске, ассигнации государственных фундушей на культурную работы на Литве и Беларуси. 52

Тем временем на литовско-белорусских землях уже с октября 1918 г. при участвии дворянских кругов и POW начали возникать отделы самообороны. 53 На этой территории действовало также Товарищество Самопомощи Военных Поляков, бывших восточных корпусов с др. Александром Бернатовичем и Владиславом Рачкевичем во главе. Они вместе с генералом Владиславом Вейткой, полковниками: Яном Малиновским, Фабианом Кобордо, Андреем Тупальским, а также Марьяном Парафиновичем, были организаторами минской самообороны. 54

Отношение белорусов к польским подразделениям самообороны были недружественным, а агитация среди них, которая велась членами Белорусской Рады в Гродно: Аркадия Смолича, Павла Алексюка не принесла результатов. В подразделения самообороны не привлекли никого. 57.

Причин такой ситуации следует доискиваться в недружественном отношении польских дворян к белорусскому движению, представителей которого считали „четвертьинтеллигентами. Помощи белорусам не оказывали, польская сторона требовала от них официального выступления в Варшаве. 58 На неприязненное отношение белорусов к подразделениям самообороны имело также влияние создания БНР 1 полка белорусской пехоты, а также обучение его через власти Обер-Оста, а также предоставление представителям Белорусской рады разрешения на обладание оружием и запрет этого полякам. 59 

Профессор Витольд Каменецкий поделил земли литовского государства на три кантона: литовский - охватывающий этнографически литовские земли; польский - охватывающий Вильно, часть троцкого уезда, гродненского, уезд лидский, волковысский, белостоцкий, сокольский, бельский; белорусский - охватывающий оставшиеся земли вместе с Минском. Каждый кантон имел свой краевый сейм. Другим предложением был созыв пяти автономных единиц: Жмуди с Ковном, Литвы с Вильном, Подляшья с Белостоком, Беларуси с Минском, Полесья с Пинском. 65

Под конец января 1919 года представители краевцов демократов Ян Пилсудский и Болеслав Крыжановский, вместе с представителями Рады Кресовой на Беларуси, комитета Польского и Комиссии Литовской в Варшаве обработали материал, говорящий, что наилучшей формой защиты польских интерес будет требование границы 1772 г., что соответствовало, мнением создателей мемориала, этнографической границы России и Беларуси. В пользу принадлежности белорусских земель Польше говорила в два раза большее число поляков, живущих там, чем русских. Призванное к жизни литовское государство не могло быть, согласно авторов мемориала, целиком суверенное и независимое. Планировалось, что будет оно отчетливо отделено от России и „не имеющее никакой границы от Польши, связано хозяйственной унией. 69 В целях отвергнуть обвинения, обвиняющих польскую сторону в анексионизме, предложено предотавление народам автономии. 70

Свои территориальные претензии дворяне представили на специальном совещании, произошедшем 18 января 1919 г. во дворце гр. Генрика Потоцкого с американским военно-политическим агентом кпт. Р. К. Фостером, который получил поручение пересылки в Париж реферата о восточных границах Польши. Присутствующий на совещании Войнилович описал это происшествие следующим образом: „Пришел с картами, на которых Александр Мейштович определял границы Беларуси. Стремились по Днепр и Двину, охватывая Польские Инфлянты, а на юге от Украины ограничиваясь границами минской губернии. Капитан выразил опасение, заходя так далеко на восток, не руководствуемся ли инстинктивном империализмом. Сослался на границы индивидуального владения землей, характеризовавшие отличие мировоззрения центральной России и Белой Руси и наиболее полно отвечающими историческим границам 1772 г. и нашими устремлениями. Главный акцент ставил на невозможность применения в этом случае принципа Вильсона к народному самоопределению из-за анархизма страны, искушениями теории большевизма, которые со связью с Россией в темных массах преобладали.   71 Факторами, непосредственно влияющими на определение пограничной линии были: оборона состояния имени и отбрасывание России на восток. О требованиях белорусов не было речи. Стало это более очевидным в разговоре Войнилович со Станиславом Грабским, проведенном в декабре 1918 г. На занятой Польшей территории белорусских земель Войнилович предусмотрел введение культурной автономии для Белорусов, а ее границы имела определить сама жизнь. Грабский упрекнул его, что „кресовое дворянство будто стремлением к определенной провинциональной автономии, к определенной поддержке белорусского движения, само себе ноги подрезало. 72 Ответ Войниловича был ясен: „Объяснял ему, что автономное устремление и пробуждение чувства белорусской отдельности имело в виду не отдаление от Польши, но отделение от жадной центральной России и отрезания ее от большевизма, имело целью сохранение края для благодетельств западной культуры, которая только через Польшу могла прийти. 73 Позицию Войниловича в вопросе пограничной линии, как и белорусов, было поддержано большинством дворян Минщины. 

Необходимость функционирования Польши в исторических границах подчеркивал Адам Шеленговский. Исторические права Польши на литовско-белорусские земли считал Шеленговский обоснованными, веря в признание их мирным конгрессом. 77 

Дело выделения представительства с кресов и его участия в Учредительном Сейме было предпринято уже в декабре 1918 г. В качестве первой отправилась к Пилскудском с просьбой о созыве на членов к Сейму представителей из кресов, делегация из Гродненщины. 80 Представила ему список кандидатов в депутаты. Фигурировали в ней 20 человек, в основном сторонников инкорпорации земли виленской и гродненской. Ежи Осмоловский передает, что Пилсудский согласился на созыв на Сейм представителей, представленным в том списке, однако представленного списка от дворян из рад минской, могилевской, витебской и Инфлянт, содержащей 20 человек, представляющей идею федерации Польши с Беларусью не принял. 81 Иначе вопрос представляет Войнилович, отмечающий под датой 16 января 1919 года: „Пилсудский якобы потребовал представления 12 кандидатов в депутаты на будущий сей, на минскую губернию должно было припасть 6, на могилевскую 2, на витебскую и Польские инфлянты 4 82. Выбора кандидатов должны были осуществить кресовые рады. Сформулированы также вопросы, которые должны были быть представлены в сейме избранными депутатами: 1) единение кресов с Польшей; 2) хорошие отношения с государствами коалиции; 3) проблемы индустриализации кресов и материальной помощи для них. Кроме того, упомянуто дело проведения сельхозреформы. 

Необходимость созыва представителя с кресов многократно подчеркивал „Dziennik Powszechny. „Настоящий Сейм должны мы считать преемников сеймов целой нераздельной Речи Посполитой, после наследования которых после перерыва разделов охватит заново не просроченные через насилие законы. Следуя этой основе, должны мы заботиться, чтобы в Варшаве заседали представители всех польских земель, которые в состав государства должны войти. Не на всех землях могли пройти выборы, но в сейме должны оказаться представители Литвы и Беларуси. Прежде чем конференция очертит границы, все должны заседать и нужно это выполнить. 83

Отсутствие представителей с кресов в новооткрытом сеймов так скомментировали: „Боролись за это, но правительство не сделало ничего, чтобы не было это нашей обидой. 84 Делегаты дворян Гродненщины 10 февраля предоставили президиуму сейма декларацию, в которой положительно высказались в пользу принадлежности этих земель Польше. 85 Также Национальная Рада Белорусских земель представила сейму мемориал в деле кооптирования представителей с кресов. Отсутствие установившихся границ государства не должно, по мнению рады, повлиять на исключение кресов с выборов. Мемориал, кроме того, напоминал о выборе представительства белорусских земль уже в 1917 году под названием Национальных Польских рад, задачей которых было выделение представительства к Учредительному Сейму согласно основы: один депутат на 50000 польского населения. Принимая это основание и опираясь на не полезную для поляков русскую статистику 1897 года, получили число 12 представителей. В списке представленной через Национальные Польские Рады оказались: 1) Адам Буйницкий - директора банка в Минске, 2) Станислав Доброщиц - сапожник из Минска, 3) Константин Гордзялковский - дворянин минской губернии, 4) Владислав Довгялло - инженер из Инфлянт, 5) Эдмунд Ивашкевич - адвокат из Минска, 6) Чеслав Крупский - редактор „Dziennika Mińskiego, 7) Лев Лубенский - дворянин с Могилевщины, 8) Мирослав Обезерский - адвокат из Могилева, 9) Мечислав Рачкевич - дворянин и адвокат из Витебска. 12) Вацлав Василевский - дворянин могилевской губернии. До момента проведения выборов на белорусских землях упомянутые особы должны составлять временной представительства с кресов. Его члены должны были быть рассматриваемы наравне с остальными депутатами сейма. Для поддержания своих требований дворяне организовали кресовое собрание в Варшаве в марте 1919 года. 86 Ранее Ян Порембский старался получить аудиенцию у премьера того времени Игнатия Падеревского. Поскольку не был принят, в секретариате премьера составил мемориал, в котором объяснил необходимость единения белорусских земель с Польшей. Он признавал, что населяющее на этих землях польское население находится в меньшинстве, не утратило оно однако национального чувства, в то же время белорусское население, находящееся в большинства, никаких национальных устремлений не проявляет. „Что касается белорусов, таковые за исключением максимум нескольки сотен особ интеллигенции и полуинтеллигенции на пространстве Белорусской республики, мечтающих о самостоятельности либо автономии представляют этнографическую массу  87

Проект представительства с кресов поддержали эндеки. 14 февраля 1919 г. Винцент Лютославский от имени клуба ZLN представил тезисы, рекомендующие конституционной комиссии обработку и представление проекта закона о дополнении личного состава Сейма представителями польского населения с кресов всходних. 88 Спустя два дня тезисы эти поддержали представители народной демократии в Литве и Беларуси, народной партии и христианской демократии. Таким же образом возник блок лагеря, требующего присоединения части белорусских земель к Польше. 89

Решительно негативное положение занимали эндеки в отсношении федералистической концепции, а также проведения плебисцита под надзором международных сил. Борьба за будущее Беларуси - писал „Gazeta Warszawska - разыгрывается между Польшей и Россией в военной плоскости. „Народные белорусские массы, вообще, темны, убоги и пассивны и не образуют никакого созидательного фактора в жизни страны, подлежат влияниям соседних культур в зависимости от вероисповедания и имеют тяготение к Польше, насколько являются католическими. В такой ситуации на этих землях может возникнуть образование, требующее постоянной опеки и не способное к управлению своими делами. 90 Таким образом обоснована необходимость инкорпорации по отношению к части литовско-белорусских земель. Не подлежала изменению оценка белорусского национального движения и его устремлений. Далее он был аргументом без большего значения. 

Программа территориальных претензии Национального Польского коммитета(КНП) представил Пилсудскому, во время декабрьских разговоров в 1918 г. Станислав Грабский. Однако же Пилсудский предложил с точки зрения стратегии, чтобы „пограничные реки Улла, Березина, Случь, Горынь, Ушица находились полностью в польских руках, т. е. чтобы государственная граница была соответственно за эти рамки не выдвинута. 91 Очерченная пограничная линия была компромиссом по отношению к предложению Грабского. В заметке начальника, опубликованной Ендржеевичем, восточночная граница Польши должна была выглядеть следующим образом: „Калуш-Буг(Красное) - Верхняя Стырь - через Стырь к Луцку скорее около Ружищ - Полесье в наших руках - между Стырью и Горынью к ее устью в Припять, по диагонали к Березине, Слуцк и по наклонной в сторону Березины - мечтаю о Бобруйске, наконец около Борисова к Двине, уезд лепельский к нам. Двина - крайняя граница. 

Положение Пилсудского в разговорах с Грабским следовало из желания обретения представителя КНП. „Должны мы с ними считаться - сказал - но если им не льстить, то имеем во внимании их престиж.  94 

Программы Грабского не приняла Литовская комиссия.  В ее заявлении нашлось утверждение, говорящее о воскресении польского государства, восточная граница которого шла бы вдоль линии 1772 г. В деле Беларуси сказано: „Не следует забывать, что Беларусь с ее огромными пространствами земли не перестает образовывать плазму, из которой только будущее сможет создать что-то очерченное с точки зрения народности. 95 Далее указано на необходимость избежания раздела Беларуси, так как грозило бы это введением политики уступок, населяющих часть польского государства. В качестве единого разумного выхода признано присоединение целой Беларуси в исторических границах и придание ей автономии. Заявление это подписали: Зыгмунт Юндилл, Эдмунд Ивашкевич, Мирослав Обезерский и Владислав Завадский. 

Активным представителем этой группы был Лев гр. Лубенский, который на заседании КНП презентовал реферат „политический вопрос на Белой Руси. 

Территориальные претензии белорусских политиков, представленные в Париже и других европейских столицах, признал Лубеньский чрезмерными, так как охватывали они земли, населенные белорусским населением в меньшинстве. Хозяйственные связи, подобно как бег рек, „толкали Беларусь в западном направлении. „Это шестивековое общежитие поляков, литовцев, белорусов, общие естественные условия края, почвы, климат создали вопрос, который с точки зрения чисто этнографически решить нельзя. 104 Можно было лишь покуситься на отделение трех этнографический территорий: 1) литовской, охватывающей ковенскую губернию, северную часть сувальской губернии и западные окраины виленской губернии - вместе 50 тыс км2 и 2 млн населения; 2) польского, идущего полосой к Динабургу через белостоцкую обалсть, Гродно, Вильно - вместе 60тыс км2 и 3 млн населения; 3)белорусского, охватывающего восточную часть гродненской губернии, минскую губернию, могилевскую, витебскую - вместе 110тыс. км2 и 3 млн населения. Наилучшим решением - мнением Лубенского - было бы возрождение литовского государства в границах бывшего ВКЛ, связанного с Польшей соответствующими хозяйственными условиями. Защиту границы 1772 г. взял на себя Лубенский во время переговоров КНП 2 марта 1919 г. Главным критерием, обосновывающим ее обладание сделал стратегический аспект края. На польской стороне должны были  оказаться важнейшие железнодорожные узлы: Витебск, Орша, Жлобин, Гомель, а также важнейшие водные дороги. Также на этой территории существовали огромные пространства лесов, которых ценность согласно передвоенных цен составляла 22 млрд рублей. 

Наконец, к границе 1772 г. тянулись важнейшие острова польского населения. 

Подообные аргументы Лубенский выдвигал в мемориале „Экономическое состояние на Литве и Беларуси, составленном КНП в марте 1919 года. В то же самое время направил также письмо в Генеральный Секретариат КНП, говорящее о необходимости призвания к работе в коммитете людей, знающих ситуацию на Литве и Беларуси, могущих служить профессиональной помощью. 105

Против федеративной концепции высказался бравший участие в обсуждениях КНП Ян гр. Жолтовский. По его мнению малые народы, например Литовцы или Белорусы, не были в состоянии создать независимых государств. Если Польша не могла бы присоединить литовско-белорусских земель, то должна была бы стремеиться к обретению экономических влияний на них: „Кресы всходние - это наша колония, всегда ею были в полной мере и должны ею остаться 106

К возврату исторического наследия Польши, насчитывающего около 7 млн га земель, населенных польским населением, призывал автор брошюры, изданной Товариществом Обороны Кресов Всходних в феврале 1919 г., Шимон Броновский. 107

Признавал он существование белорусского населения, подчеркивая его низкий цивилизационный уровень, слабость национального белорусского движения, неспособность к обретению собственной государственности. В рамках воссозданного государства Поляки, Литовцы, Белорусы должны были пользоваться широким самоуправлением, „чтобы выкристаллизовать свое национальное обличие, выделить свою интеллигенцию и основы самостоятельного национального быта. 108  В пользу связи Польши с землями бывшего ВКЛ высказывался Юзеф Сорокович, ссылаясь, например, совместное проживание народов в Швейцарии, подчеркнул, что равенство с будущем федеративном союзе будет главной основой. 109

В пользу восточной границы 1772 г. высказался представитель консерваторов краковских Михаил Бобринский. Обосновывал свое положение необходимостью: 1) исправление вреда, нанесенного разделами; 2) создание необходимого государства для удержания европейского равновесия, эффективно сопротивляющегося натискам Германии и России. Обвинял он Дмовского в важной политической ошибке, т. е. отречение исторических границ. Ставила она Польшу в ряде государсвта малых и слабых 110. В пользу границ 1772 г. высказывался также Зыгмунт Доманский, подчеркивая обязательность придания культурной автономии белорусам и литовцам. 111 

Положение делегации дворян с кресов: Б. Крыжановского, Л. Лубенского, К. Рыбинского, В. Завадского было сформулировано в заявлении 21 февраля 1919 г. Утверждено в нем, что концепция КНП не решает дела Беларуси,а лишь раздваивает,что может стать в будущем причиной межнациональных конфликтов. Делагация требовала единения с Польшей всех земель, входящих в состав бывшего ВКЛ, так как: 1) присоединение к Польше целого простанства является значительно меньшим злом, чем его раздел; 2) граничная линия 1772 г. является более легкой для обороны, так как является этнографической границей между Россией и Беларусью;3) в пользу принадлежности Беларуси Польше говорит большее количество поляков, чем русских, населяющих эти земли; 4) существуют устойчивые хозяйственные связи литовско-белорусских земель с Польшей; 5)присоединенному пространству следует дать далеко идущую самостоятельность, чтобы избежать осуждения за империализм 112

На смену программы КНП пробовала повлиять другая группа дворян, оказывая давление на Мавриция Замойского. О встрече 15 марта 1919 г. с вицепредседателем КНП писал Войнилович: „Роман Скирмунт, Мейштович и я были рано у ордината Замойского как вицепредседателя КНП в Париже в деле восточных границ будущего польского государства. Он показывал нам мемориал, который нас больше удовлетворил по сравнению с первоначальным проектом Дмовского. Заметили, что устье Припяти от Днепра до Чернобыля должно принадлежать Польше 113

В пользу включения в состав Польши литовско-белорусских земель высказался генерал Тадеуш Розвадовский в мемориале, составленном делегатом ПСЛ-Пяст на парижской конференции, Миколая Рея. Розвадовский писал в нем о зависимости границ от географический и военных факторов. Польша должна была стать государством в границах перед первым разделом. О белорусских землях в мемориале сказано: „Эти провинции на север от Припяти, населенные Белорусами, которые не имеют ничего против присоединения их к Польше, потому что охотно присваивают себе польскую цивилизацию, не имея чувства своей народности. В конечном счет, белорусы симпатизировали всегда с Польшей, несмотря на наихудшие русификационные репрессии. То же самое можно сказать о жителях Полесья, т. е. тех болот на восток от Пинска расположенных, где население, находящееся в полудиком состоянии совершенно непросвещанное, надеется использовать влияние цивилизации Польши 114 

С военной точки зрения граница на востоке должна была быть наиболее короткой, при чем должна была содержать естественные препятствия, затрудняющие атаку и облегчающую концентрацию своих войск и защищающую железнодорожную линию. Границу Розвадовский постулировал указать на восток от Случи и Горыни, тогда на территории Польши оказались бы полесские болота. На юге в состав Польши должны были войти Лунинец и Осиповичи. Пограничная линия шла бы от последней местности в сторону Березины, переходя через озеро вплоть до Уллы. Эта линия,по мнению Розвадовского, была бы для Польши наилучшей, хотя  были недостатки в ней.  Вне Польши остались бы Винница, Бердичев, Мозырь. Кроме того Россия не стала бы отодвинута к своим естественным границам, исконно связанным с восточной цивилизацией. Чтобы предупредить ее агрессивные устремления в будущем, надлежало обозначить также естественную границу между Россией и Польшей. Была ею, согласно Розвадовского, линия Днепра и Двины. Сомнение, захотят ли Белорусы войти в состав Польши, выразил Розвадовский в мемориале, возникшем в 1918 г. „Украина. Заметил в то же время, что западная часть, населенная белорусами исповедания римо-католического можно связать с Польшей. Подавляющее большинство белорусов - прежде всего населяющих восточную часть Беларуси - была через православие привязана с Россией. Трудно было сделать вывод, эти две части объединятся в одно независимое государство. 116

В декабре 1918 г. в усадьбе КНП мемориал составил проф. Ян Чекановский. Требовал ревиндикации целостности земель бывшего ВКЛ, в пользу чего говорили исторические, этнографические и демографические аргументы. Доказывал он также, что проводимые до сих пор переписи населения были фальсифицированы, а их результаты зависели от политики российских властей, поэтому не могут они образовывать данных, на которых можно опираться при обозначении границы 117

Материалы, приходящие в Бюро Конгресовых работ, касались разных задач, связанных с кресами всходними. Создавались они людьми разных профессий. В январе 1919 года в БПК вошел реферат Романа Мердингера „Состояние животных в годах 1911-13. Производство и торговля кожами. Автор доказывал в нем необходимость обладания польским государством территорий Литвы и Беларуси с точки зрения на ценное сырье и совершенные условия разведения скота, овец и хлевного скота. 118. О хозяйственном значении Литвы и Беларуси писал Вацлав Ольшевич. Высказал он в три раз меньшую урожайность зерновых с 1 гектара, подчеркивая, что на этой земле можно выращивать лен и коноплю, развивать скотоводство и строить пищевую промышленность. 119 

Признал К. Кульвец обязательным союз Полесья с Польшей. Следствием этой связи должно было быть: 1)поднятие уровня сельхозкультуры на Полесье; 2) получение Польшей необходимого сырья для развития промышленности; 3) возникнвения нового рынка сбыта товаров; 4) использование рабсилы 120. 

Обязательность обеспечения развития дорог как по суше, так и речных представили двое инженеров А. Садковский и Т. Тиллингер в записке без названия 121. 

Соперничество между федеративными, краевыми и инкорпоративными планами выпала в пользу этих последних. Во время обсуждения КНП 2 марта 1919 г. в пользу отвержения федеративной основы проголосовало 10 человек против 3, один воздержался от голоса. В пользу граничной линии, составленной КНП с малыми поправками голосовало 10 человек, против - 4. Инкорпоративная программа была предсталена Дмовским на заседании Высшей Рады 29 января 1919 года 124. Представлено оно также было в ноте польской делегации в деле границ восточной Польши, составленной председателю комиссии польских дел Юлесу Цамбону 3 марта 1919 года. Предложенная КНП восточная граница должна была проходить следующим образом: начиная от Балтийского моря на восток от Либавы граница шла на севере через Клайпеду и Палангу, эта последняя должна была принадлежать Польше. Далее шла линией исторической границы 1772 г.между Польшей и Курляндией, доходила до илукштенского уезда в Курляндии; тот повет должен был принадлежать Польше. По границе уезда доходила до реки Двина, далее вдоль реки на расстоянии 30км от границы дрысенского уезда на северо-запад от Городка возвращалась на левый берег Двины и шла на запад от Витебска на юг, на запад от Сенна, т. е. местности, где сталкивались границы минской и могилевской губерний, продвигались с той линией до Березины, позже к месту столкновения с северной границей речицкого уезда. Граница пересекала Березину и шла в северо-западном направлении к Припяти, на восток от Мозыря, после чего граничная линия между мозырским и речицким уездами сворачивала на запад от городов Овруча и Звягеля на Волыни, доходя до точки, где сталкивались границы уездов заславского, острожского и звягельского: шла границей уездов заславского и староконстантиновского до точки, где встречала границы уездов лятычевского и плоскировского на Подолье. Оттуда шла до реки Ушицы и ее течением до Днестра, который был бы границей Польшии и Румынии. 125

Эндецкая пресса размещала информацию об очередных продвижениях органов белорусской власти, однако же предостерегала от излишним ангажированием в дела белорусов. „Ближе рубашка телу, чем сермяга, поэтому народная демократия будет стремиться прежде всего к удовлетворению нужд поляков, в другой очереди белорусов или литовцев. Если те последние захотят сблизиться с нами, соединиться с нами, то поляки не должны их отталкивать, но не следует также стараться излишне о них. 129

Подчеркивалась слабось белорусских властей, отсутствия поддержки для нее население, невозможность самостоятельного управления. 130 Причинами такого состояния вещей были: невозможность очерчивания границ, нежелания Антанты, отсутствие национального сознания белорусов. 131

На происшедшем в декабре 1918 г. митинге народных демократов в Варшаве в усадьбе музея промышленности и сельского хозяйства постановили, что 40% жителей Польши могут образовать национальные меньшинства, некоторые из них не выражают „явных желаний, например Белорусы являются белой картой, на которой можно еще все записать 133

Основы международной политики ППС и ППС-Д были заключены в манифесте обеих партий, изданном в марте 1919 г. В качестве польских земель манифест признал: Познаньские, Силезия Тешинская, Вильно, Львов. По отношению к Литве и Беларуси социалисты должны были стремиться к союзу тех земель с Польшей, не разбирая вопрос их права на независимость. 142

Вильно, Львов должны были войти в состав польского государства. 143. 

Пилсудский приказал Барановскому, отправляющемуся в Париж, сказал. „В том моменте собственно Польша является без границ и все, что можем в этой мере добыть на западе, зависит от Антанты, на сколько захочет она меньше или больше сжать Германию. На востоке это другое дело и тут - задумался командант - тут двери, которые открываются и закрываются и зависит от того, кто и как широко силой их отворит. В основе можно согласиться на линию Дмовского, если не появятся иные возможности. 146 Подобную инструкцию он передал и Василевскому, отправляющемуся в феврале 1919 года в Париж. 147 Неохота Пилсудского к показыванию своих планов, необходимость позирования перед государствами коалиции привели к тому, что ряд особ характеризовал его как федералиста. 148 В 1918 г. в Люблине Лев Василевский, Витольд Йодко-Наркевич, Богда Срашевич издали анонимно брошюру Sprawa narodów kresów dawnej Rosji. Не верили они в существование независимого украинского, белорусского и литовского государств между Польшей и Россией, отрицали также возможность федерации этих государств с Россией, которая с точки зрения своих великодержавных тенденций скорее их поглотит. Единым решением признали федерацию с Польшей на основах вольные с вольными и равные с равными. 149 Белорусским делом занялся также публицист, статистик - Эдвард Малишевский. На основе переписей населения того времени сделал он раздел белорусских земель на три части: Западная Беларусь с виленской, гродненской губернией с перевесом поляков, тяготеющую к полному единению с Польшей; Среднюю Беларусь, охватывающую территорию минской губернии (находилось в ней этническое равновесие); Восточную Беларусь, охватывающую витебскую, могилевскую губернию и три уезда Инфлянт: динабургский, речицкий, люцынский с меньшим заселением поляков (важную роль играли тут влияния русской культуры). В своей работе Малишевский подчеркивал малое самосознание белорусского люда, его хозяйственную слабость и неверие в самостоятельное существование белорусского государства. Единственным государствообразующим фактором на этой территории признал поляков, однако же их численность ослабевала по мере продвижения на восток. Эдвард Малишевский в качестве границы польских влияний принял линию Двины и Березины. За нею белорусский элемент был втянут в орбиту русского влияния и сомнительным было возвращение поляками тех территорий. 152. Полковник Мариан Жегота Янушайтис большое значение видел в принадлежности польскому государству притоков Припяти и Березины, „на которых опиралась болотистая мощь и безопасность Ягелонов 153. 

Пограничная линия Янушайтиса тянулась: Рижский залив, Пернигель, Плазен, Ница-Ферен, Берзон, Лагруд, река Эвикшта, озеро Лубань, Кустынка, Речица, озеро Рогно, озеро Освей, Юхновичи, Маков, Муроги, река Дриса, Невель, Рудники, Усвяты, река Усвять, Двина, Сураж и далее пограничной линией 1772 г. 250 км границы в области непроходимых болот, 450 км - в области рек, 100 км - вдоль рек, укрепленных крепостями также были трудными для форсирования. 

О необходимости обретения для будущего польского государства таких границ, которые сделали бы возможным его политическую и экономическую самостоятельность, а также защиту быта, говорила программа ПСЛ-Освобождение, одобренная на съезде партии в ноябре 1918 г. Дополнением для нее была резолюция, говорящая об образования из прилежащих земель на северо-востоке к Королевству литовского госдуарства. Оба государства должны быть „связаны узами дружбы, основанной на взаимном уважении и взаимной любви. 154 В пользу федерации Польши с Литвой, Беларусью и Украиной - независимыми государствами высказались также во время митинга партии, происшедшего в зале Кредитного Товарищества в Варшаве. Краёвые лозунги выказывала „Gazeta Ludowa, прессовый орган PSL-Освобождения, издаваемый в Вильне. 156 Такое положение выражено было в двух первых номерах газеты, после чего наступила эволюция в направлении инкорпорации. 157

В пользу принадлежности Беларуси Польше высказался съезд народников из Галиции и Королевства, происшедший 14 октября 1918 г., провозглашая идею создания государства, отражающего агрессию соседей, а также утверждая: „Если в Польшае сельхоз реформа должна прийти к результату, то без обладания восточной Галиции и Беларуси, где находятся наибольшие имения магнатов, не удастся удовлетворить даже тысячной доле части голода у крестьянских масс. 160

Высказывания Ю. Пилсудского в деле политических планов и концепций сохраняли далеко идущую скрытность. Высказывания его были лаконичные, полные недоговорок. „Намерения его - пишет Барановский - могли знать две или три доверенные особы!. 171 

Инструкция начальника государства для Льва Василевского, отправляющегося на мирную конференцию в Париже в конце декабря 1918 года: „Восточная граница должна на польской стороне обеспечить железнодорожную линию: Дрогобыч, Львов, Ковель, Пинск, Лунинец, Барановичи, Вильно и его защиту в виде пояса болот и лесов Припяти. Таким образом, Польша берет край, пригодный для колонизации. 172. Делегации литовцев, проживавших в Польше, сообщил во время аудиенции в Бельведере 18 декабря 1918 г., что является другом Литвы, но литовцы должны ограничить свои требования этнографически литовскими территориями. „Историческая Литва обладает польскими пространствами, Польша не имеет ничего против возникновения литовского государства, однако же это государство должно быть связано с Польшей. 173

Вложились они(кресовые поляки), прежде всего дворяне, в возникновение и функционирование Литовско-Белорусской дивизии, начала которой связаны с Комитетом Обороны Кресов Всходних(КОК). Областью инетереса этой организации была территории целого бывшего ВКЛ. 178 КОК был госучреждением, исполняющим функцию услуг, так же в отношении к Генштабу NDWP. В ноябре 1918 г. по предложению КОК Пилсудский издал приказ, назначающий генерала Эдмунда Ивашкевича в качестве командира дивизии Литовско-Белорусской. Установлено, что в состав дивизии войдут добровольцы, происходящие с территорий Литвы и Беларуси. 179 В результате в составе дивизии оказались члены отделов самообороны. 180 Подавляющее большинство создававшейся дивизии образовывали поляки. Отдельные случаи вступления в дивизию белорусов-католиков отмечает Осмоловский. 181 Подобное утверждают делагаты КОК Рачкевич и Юндилл: „Отношение к литовско-белорусской дивизии белорусского католического населения есть хорошое, однако православного населения выжидающее. 182 Это замечание согласно с позднейшим высказыванием Пилсудского, который 19 апреля 1922 г. в Вильне по случаю награждения орденом Virtuti Militari дивизии сказал: „Само название этой дивизии, хоть вы к ней привязаны, было несчастливым и смешным. Литовско-белорусская дивизия, в которой не было ни единого литовца, ни единого белоруса, а только плохо говорящие поляки. Название, которое могло вызвать недоразумение, стало сформулировано для захвата Литвы и Беларуси. 183 На переломе 1918/1919 гг. большинство дворян было уверенно, что Пилсудский стремиться возвратить границы 1772 г., что указывало им на общую цель. 

Падеревскому доставили также заявление мозырских дворян, составленное управлению Рады Минской земли в январе 1918 г., утверждающее: „В замен за присоединение восточных земель к Польше дворяне признают нужду составление жерты из крови и имения нашего. Постановили отдать 1/3 часть наших волостей дворянских бесплатно под польскую колонизацию в первую очередь для солдат поляков, принимающих участие в освобождении восточных кресов из русской неволи 228 

Краевые демократы оценили занятие Вильна польскими войсками и изданное воззвание как реализацию Пилсудским краевой политки. 

19 апреля 1919 года президиум делегаций польских рад Литвы и Беларуси составил письмо начальнику государства, отдавая честь и благодарнсть за освобождение Вильна, указано в нем, что организованная администрация убедит местное население насчет превосходства польского управления над теми, что были ранее, а выдвинутое на повсеместных выборах местное представительство обработает концепцию, которая „восстановит прерванную традицую общежительства этих земель с Польшей. 226 В доверительном мемориале Рады Дворян Беларуси высказано было приязненное отношение белорусского населения к Польше. Обращено внимание, чтобы при военных операциях берегли местное население и соблюдали их интересы. 

Реально ситуацию оценивал Грабский: „Население виленской, минской или новогрудской земли не желал возвращения к государству Речи Посополитой Обоих Народов. 231 1 съезд народно-демократического союза, имеющий место в Варшаве в днях 11-12 мая 1919 г., высказываясь в пользу этнографической концепции, т. е. в предложенных Национальным Польским комитетом. 232 Население, живущее на восток от Буга поделили на четыре категории:  польскую, белорусско-католическую, белорусско-православную и еврейскую. Утверждалось, что белорусы-католики постоянно тяготеют к Польше „несмотря на рассевание слухов о мнимом возвращении панщины. 233 О белорусском православном населении написано, что является враждебным Польше. 

В пользу анексии занятых польским войском земель высказались представители христианской демократии. Подчеркивалось, что кресовое население не желает отдельных государств. 235

В пользу анексии Виленщины высказался „Пяст. В размещенном фрагменте анонимного письма польского офицера читаем: „Во время операции на новогрудской территории убедился, что местное католическое население, обычно называемое белорусами, считает себя целиком польской и стремится к тому, чтобы Белую Русь включили в Польшу. Ни среди католического населения, ни православного не напал на малейший след стремлений к образованию какого-то белорусско-литовского государства. 236

Ян Домбский в своей речи на сейме не замечал политических устремлений у белорусов. „Следствием передвижения польской народности на востоке возникла новая гранца. Это не кресы!!! Но новая область. На этом пространстве живет 3,5 млн польского населения. Можно ли торговать этими пространствами в пользу чужой государственности. По моему мнению это недопустимо. Это самоубийственная политика. Ведь вследствие многолетней польской работы на этих территориях, которые ниже перечисляю, а именно на основе губерний гродненской, виленской, части минской с Минском выросла за веки новый район с 3,5 млн польским населением, область должна быть включена в Польшу. И мы этой области в пользу другого чужого государства не можем отказаться. 237 Пресса подчеркивала, что взятие Вильна это определенный успех в борьбе, которая ждет поляков до момента достижения линии Днепра. Принимая во внимание неоохоту государств коалии к программе инкорпорации, обещано восстановление унии Польши с Литвой. 238 

Начатое в мае 1919 г. на Гродненщине интенсивное собирание подписей среди белорусского населения в пользу принадлежности к Польши показало, что листы, подписывались лишь некоторыми белорусами-католиками, православное течение осталось пассивным. На работу референта белорусских дел при Генеральном Комиссаре ZCZW никто не вызвался. 245

Юзеф Змилович объяснял: „Название Беларусь до недавнего времени среди населения еще не было известно. Те, которые себя называют белорусами, так себя не определяют. Если должны говорить о белорусском населении, то как о младенце. Еще не знаем, разовьется ли она, или опекуном этого народа может быть Польша или Россия. 253

О необходимости организования на литовско-белорусских землях федерации автономных этнических областей писал на конец июля 1919 года Марьян Свеховский - управляющий отдела по народностям. 255 „Белорусы выказали слишком мало жизненных сил, чего причиной является слабое самосознание. 256 Предлагал федерацию автономных народных областей польской, литовской и белорусской, а может быть и латышской, связанных с Польшей соглашениями: военным, хозяйственным, политическим. Для цели принуждения литовцев к реализации такой концепции поляки должны были выказать претензии к Ковну и Ковенщине. пробуждение польскости на Ковенщине должно было произойти через POW. Не рекомендовал Свеховский поддержку белорусского движения на территории виленской и гродненской губерний, так как в случае неудачи федеративного плана они будут присоединены к Польше. Центр тяжести белорусского движения перенес он на восточную часть минской земли, могилевской, бассейна Березины и Днепра. 

Реактивирование унии бывшего ВКЛ с Польшей предлагал Эдвард Езерский. 257 Его программа была приближена к концепции краевцов. Идею тесного единения „недозрелой к самостоятельному быту Беларуси или присоединение на условия автономного края также выказывали мемориалы Эдварда Свентянского, составленные Падеревскому. Подобно белорусское дело трактовал мемориал Андреевского. Стратегические взгляда требовали, мнением автора, следуеющей пограничной линии для Польши: Двина, Днепр, Тетеров, Случь, Ушица, Днестр до границы галицийско-румынской. 258

 Командование 9 Дивизии Пехоты переслало в NDWP мемориал, говорящий о выделении Полесья в отдельную административную единицу. Постулировалось также создание отдельного управления, занимающегося добычей сырья, заселением пространств, сельхозреформой. Мемориал обозначала границы Полесья: Березница-Слоним-Барановичи-Сенявка-Сенница-Дукора-Ляды-Смолевичи-Баричев-Крупки-Копысь - далее течением Днепра до устья Припяти, а той последней до Ушицы. 264

Настроения белорусского населения точно охарактеризовал Сикорский в письме Пилсудскому 19 августа 1919 г.: „Окончательно население убеждено, что польские войска находятся на Полесье временно до окончательной победы в России Деникина. 265 Недоброжелательное отношение белорусского населения к полякам связывался тесно с поведением польских войск, применяющих массово наказания и реквизиции, что не могло пользоваться поддержкой местного населения. Часть белорусских деятелей эмигрировала из Минска перед занятием его польскими войсками. В бумагах Адъютантуры Бельведера находим документы, говорящие о недоброжелательном отношении оставшихся в Минске белорусских деятелей к организации минского округа. Лишь под конец августа сотрудничество с польскими властями задекларировали Лосик, Рак-Михайловский, Смолич и Прушинский. 266

Во время торжества члены Белнацкома составили Пилсудскому благодарность за освобождение минской земли, прося продолжения наступления на восток до Смоленска. Пилсудский наказал членам БНК во всех делах обращаться к управляющему минского округа, Рачкевичу. 268

Реализация федеративного плана была зависима от соседей Польши. Если не выразят они согласия на этот план, Польша должна занять земли до линии Двины и Днепра, давая национальным меньшинствам широкую автономию и такую же обеспечить для поляков в России, т.е. на могилевской, витебской земле. Прежде всего однако надлежит попробровать реализовать первый план, оживить белорусское движение, создать войско, построить школы, дать шанс белорусам. Написано Мельхиором Ваньковичем в брошюре, изданной TSK Dlaczego żołnierz polski wkracza na Litwę i Białoruś. 271

В колонках „Robotnika Голувко писал, что в границах возможного белорусского государства оказаться должны территории минской, витебской, могилевской губерний, или т. н. православной Беларуси, кроме земель католической Беларуси. Восточная граница этого государства должна была проходить вдоль линии пограничной 1772 г. Противодействуя пассивности белорусского народа, Голувко предлагал создание вооруженных белорусских сил, опирающихся на польской армии. Голувко не верил в возможность существования независимого белорусского государства. 272 Принятое 1 августа 1919 г. сеймом одобрение о проведении выборов на приобретенных территориях не изменило концепции ППС. „Дальнейшую часть Беларуси можно возможно присоединить к Польше - писал Ежи Борский - однако это действие должен предварить плебисцит. 273 Анализируя результаты переписи, проведенной немецкими властями, Сохацкий писал: „Трудно утверждать, является ли национальное самоопределение белорусом устойчивым являением. 274 В колонках „Robotnika размещено письмо Городского коммитета Белорусской партии Социалистов-Революционеров, в котором подчеркивалось ненадлежащее поведение польских войск в Минске, определяя это именем „нецивилизованной орды. Жаловались в нем на опубликованные польскими властями распоряжения в белорусском и польском, когда население владело лишь русским, припомнили также факт разгона городского самоуправления. 275

Иначе, чем большинство деятелей PSL-Освобождение оценил занятие Минска Александр Богуславский. Подчеркнул недоброжелательное отношение белорусского населения к полякам, активное выступление против польских подразделением. 276 Уже под конец августа PSL-Освобождение акцентировало желание закончить военные действия. Дальнейшие продвижения польских войск на востоке часть деятелей принимала как реализации планов дворян. 277 Эти последние приветствовали занятие Минска с большой благосклонностью. Во время заседания Минского сельхозтоварищества сформулировали письменную благодарность Пилсудскому, Тромпчинскому и Падеревскому за достигнутые военные успехи, а также просьбу об освобождении земель до границ 1772 г. 278 Мемориал, выдвинутый Президиумом Польской Рады на Беларуси Пилсудскому в начале сентября, подписанный Вацлавом Ивановским, Владиславом Довгяллой и Яном Порембским, постулировал использованием нестабильной ситуации в России и занятие земель до границы 1772 г. 279 „Gazeta Warszawska признала занятие Минска и Слуцка освобождением земель из-под гнета захватчика. Подчеркивала, что польский народ далек от желания удержания силой давней территорий, чему в решении сейма дал слово - Польша должна стремиться прежде всего „к удовлетворению требований польской части кресов. 280 Газета подчеркивала удовлетворение белорусского населения от освобождения Минска. Описывая визит Пилсудского в Минск, сказано, что встретился он с представителями белорусских организаций: БНК, научно-просветительского товарищества „Заранка, редакции „Звона, Белорусского благотворительного товарищества. Оценки эндеков поддержал „Głos Narod, высказываясь в пользу инкорпоративного решения и уменьшая роль белорусского движения. 282 Отлично трактовал взятие Минска и издание начальником государства обращения, говорящего в пользу самоопределения восточных земель PSL-Пяст. Признал он этот факт провозглашением независимости Беларуси, в будущем реализации федеративной концепции. 283

Был составлен договор датой 1 июля 1919 г. между правительствами польским и белорусским. Оставлены в нем пустые места на вписание имен, заключающих договор. Заявлено в нем призвание к жизни независимого белорусского государства, связанного с Польшей, основанного на основах равенства. Оба государства должны были проводить общую иностранную политику. Общим было бы управление также делами армии. Оба государства должна была объединять соглашение таможенное, торговое, телеграфическое и охраны нацменьшинств. Границу белорусского государства должны были установить в отдельном соглашении, ратифицированном через оба сейма, а в будущем закладывалось принятие в союз соседних государств. В дополнительном договоре требовалось от Польши помощи в освобождении белорусских земель, создании и обеспечении белорусских единиц, подлежащих польскому командованию.  В случае спора при определении границы между Польшей и Беларусью решать должен был плебисцит, проводимый при сотрудничестве с международной комиссией. 286 Падеревского не поддержали в его концепциях. Пригласил он Луцкевича на дальнейшие разговоры в Польшу, который прибыл в Варшаву 1 сентября. 287 Визит у начальника Пилсудского не принес также результатов. Пилсудский поинформировал Луцкевич о личной дружбе и желании освобождения белорусских земель, с другой стороны указал он на недоброжелательное отношение Антанты к образованию белорусского государства. Определенным решением было, по его мнению, признание Польше границ 1772 г., что было связано с включением белорусских земель в Польшу. 

Падеревский высказался в пользу федерации государств. 289

Эндеки полемизировали с решением Белорусской Рады Виленщины и Гродненщины о принадлежности Виленщины к белорусской этнической области, а в связи с этим необходимостью поддержания белорусского движения на этой территории. 303

Юзеф Гласко назвал строительство иностранной польской политики на заявлениях белорусских политков о призвании к жизни независимого государства заблуждением. „Политическое белорусское движение есть по-просту блефом. Далее он писал: „Даже генеральный комиссар ZCZW утверждал, что движение не имеет поддержки в массах, а его командующие не выказывают приязни к Польше. 321 Подобное положение представляли хадеки и ПСЛ-Пяст. 322 Поддержку для создания белорусского войска декларировали ПСЛ-Освобождение и ППС. 323 

После занятия Минщины ZCZW начал ликвидацию школ на Виленщине и Гродненщине, предлагая их открытие в минском округе. 324 На переломе июля и августа 1919 г. работали лишь три средние и килканасте начальных школ, которые удерживались из общественных субсидий. 325

Рачкевич соглашался, чтобы в минском округе возникали общественные школы, контролируемые польскими инспекторами. Контроль это чаще всего кончался закрытием школ, а учителей за антипольскую деятельность ставили перед судом. Основным обвинением им ставилось незнание белорусского, а также обучение в русском языке. 326 Согласно отчета минского инспектората местное население после занятия Минска польскими властями требовала переименования русских школ на польские, однако же под влиянием агитации Школьной Белорусской Рады меняла свое решение. Было это согласовано с концепциями Пилсудского о создании белорусских школ лишь в минском округе. 

Школы в минскому округе в декабре 1919 г. 327

Польские Белорусские

Базовые 110 178

Средние 3 4

Польские власти целенаправленно оставляли без дотаций значительную часть белорусских школ, склоняя часть белорусского населения к посещению польских школ. 330

Слабость белорусского движения и небольшое число деятелей было основным аргументом, говорящим в пользу присоединения к Польше Виленщины, Гродненщины и части Минщины. 331

Недзялковский отметил, что Минщину нельзя назвать польским краем. Сомневался он также, найдутся ли среди белорусов силы, которые захотят создать независимое белорусское государство. 336

Пилсудский сказал Осмоловскому: „Должен согласиться с тем, что Белорусы имеют Минск, а утратили Вильно, которое я отдал эндекам, чтобы приспособиться к произошедшим изменениям. 341

Пилсудский требовал Белорусской народной Рады отказ от призвания к жизни независимого государства и остатья при требованиях культурной автономии, ограничивая область деятельности рады до занятия школьным делом, приготовлением к выборам, участием в работе ZCZW. Луцкевич обещал придерживаться предложения Пилсудского. Выезжая в Минск, оставил список ущерба, который устроили польские власти белорусам. В большом проценте касались они школьного дела. После ориентации, что жалобы касаются уездов: гродненского, сокольского, бельского, волковысского, Пилсудский порекомендовал передать Луцкевичу информацию о необходимости развития белорусского школьного дела в минской губернии, не принимая во внимание упомянутые уезды, эти ведь считал польскими. 352 Во время очередного заседания BRRL 13 декабря 1919 года группа Павла Алексюка предложила созыв директориата, составленного из нескольких особ с целью проведения разговоров и взаимодействия с польским правительством. Предложение отвергнуто. Победила группа Вацлава Ластовского, высказавшаяся в пользу создания независимой Польши и срывом отношений с Польшей. Группа полонофилов покинула залу в числе 37 особ. На их месте появилась жандармерия, которая арестовала главу большинства - Ластовского и его сторонников, обвиняя их в дейсвтии во вред польскому государству. Группа полонофилов получила позволения на проведение съезда. Одобрено на нем роспуск BRRL и созыв Высшей Белорусской Рады. В ее составе оказались: Рак-Михайловский, Лёсик, Середа, Власов. Рада отреклась от стремлений к независимости, выказываясь в пользу теснейших отношений с польским правительством. 353

Редактор и издатель „Минского курьера характеризовал политические отношения на Минщине: „Относительно белорусского движения - нету его совершенно. Есть только несколько господ, которые хотят казаться представителями белорусского люда и требуют создания государства. 357

Основным был вопрос крестьянский. Не хотели его решать дворяне. Соблюдали они сохранение традиционных отношений владелец - холоп. Решительно негативным было отношение дворян к отчуждению. Присоединена к мемориалу Льва Лубенского решение сеймиков из минской земли, принятое в январе 1919 года утверждала обязательность связи кресовых земель с Польшей для соответствующего хозяйственного развития. В качестве жертвы за освобождение дворяне решили отдать 1/3 своей дворянской собственности  на нужды колонизации. Земля должна была быть предназначена для поляков - солдат, воюющих на этих территориях. 362 Спорадически случались случаи индивидуального наделения местного населения, например в марте 1919 г. на руки Генерального Комиссара Военного Управления Восточных земель поступила декларация графини Потоцкой, жертвующей от имени малолетнего сына Ярослава польскому правительству 5000 десятин в уезде новогрудском и пинском с целью раздачи этой земли раненым солдатам в борьбе на белорусской земле, а также всем жителям, которые как добровольцы вступят в польское войско. Одновременно собственница обовязалась позже передать для парцеляции 18000 десятин межды местным населением малоземельным и безземельным. Земля должна была быть продана на выгодных условиях. Было это, однако, спорадическое событие. Вообще, дворяне неохотно избавлялись владений. На прошедшем в Варшаве в октябре 1919 года чрезвычайном съезде Союза Дворян, высказались против введения в жизнь сельхозреформы. 363

Союз действий населения кресов и областей коренной Польши через основание общих предприятий, занимающихся выдачей ссуд, доставкой семян, оборудования. В колонизации на кресах должно было взять участие 1,6 млн населения с территории коренной Польши, а в парцеляции - 100000. Наибольший процент населения должно было переселить на территорию Полесья, северо-западную часть волынской губернии и южную части губернии гродненской. 365 На необходимость связи сельхозреформы  с колонизациях на восточных землях обращал внимание клуб ZSLN 9 апреля 1919 г. 366 Высказывался в пользу необходимости проведения на восточных землях колонизации, Ян Лютославский 367 Кроме проведения сельхозреформы Домбский от имени сторонников предложил пожалование земли на кресах солдатам, которые захотят заняться сельхоздеятельностью. 371

41, W. Panucewicz, Odrodzenia Białorusi i jej współczesne perspektywy, Zeszyty Historyczne, Paryż, s. 78

 42, AAN, KNP, t. 7, Protokół z posiedzenia KNP 5. 11. 1918 r.

 48, L. Wasilewski, O wschodnią granicę państwa polskiego, Warszawa 1917 , s. 11

 49, Litwa podczas wojny. Zbiór dokumentów i uchwał, zebrał L. Abramowicz, Warszawa 1918, s. 23

 50, Archiwum Akt Nowych VI Oddział(dalej AAN), Gabinet Rady Regencyjnej, t. 26. Notatka o urzędzie do spraw kresów.

 52, Archiwum Polskiej Akademii Nauk (dalej A PAN), Papiery M. Handelsmana, tom 228, Protokół z posiedzenia 21.11.1918; 31.11.1918

53, R. Miennicki, Wilno w polskim wysiłku zbrojnym, Wilno 1930, s. 4; W. Wejtko, Samoobrona Litwy i Białorusi. Szkic historyczny, Wilno 1932, s. 5; A. Brochocki, Dzieje samoobrony w Szczuczynie nowogródzkim, Warszawa 1918 , s. 6; O działalności Straży Obywatelskiej w Mińsku, Dziennik Wileński nr 11 z 14.5.1918; W. Sukiennicki, O oddźwięk w sercu, Zeszyty Historyczne 1976, t. 38, s. 97; A. Deruga, Polityka rządu polskiego..., s. 205-9.

54, A. Brochocki, Brochocki Andrzej, Na przełomie dwóch epok. Zapiski obszarnika, mpis, Akc 10235. , s. 177; - KNP, t. 45. Memoriał A. Meysztowicza, O Litwę i Białoruś. , s. 185, W. Wejtko , Wejtko W., Samoobrona Litwy i Białorusi. Szkic historyczny, Wilno 1930  s. 8-9; J. Ochmański, Zapiski Michała Roemera o rewolucji, Najnowsze Dzieje Polski (dalej NDP), t. 12, s. 270

 57, Centralne Archiwum Wojskowe (dale CAW), Wojskowe Biuro Historyczne (dalej WBH) 300.3.194/1, Relacja S. Iwanowskiego. 

58, A. Brochocki, Brochocki Andrzej, Na przełomie dwóch epok. Zapiski obszarnika, mpis, Akc 10235. , s. 112; Relacja S. Iwanowskiego, Wojskowe Biuro Historyczne, 240.3.194/1-2, . s. 9

 59, Relacja S. Iwanowskiego, op. cit. s. 11; B. Waligóra, Waligóra B., Na przełomie. Zdarzenia na ziemiach białoruskich i łotewskich oraz w krajach bałtyckich, Belona 1934 , s. 31-35

 65, W. Kamieniecki, Państwo litewskie, Warszawa 1918, s. 11

69, AAN, Kolekcje odpisów..., op. cit., t. 7, teczka IV/2; J. Osmołowski Osmołowski Jerzy, Wspomnienia z lat 1914-1921, t. 1-4, Akc 6797.  t. 3, s. 45

 70, Woyniłłowicz E., Wspomnienia 1847-1928, cz. I, Wilno 1931 , t. 1, s. 233; Por. Deruga A., Polityka wschodnia Polski wobec ziem Litwy, Białorusi i Ukrainy 1918-1919, Warszawa 1969 , s. 48, Osmołowski Jerzy, Wspomnienia z lat 1914-1921, t. 1-4, Akc 6797. , t. 3, 418

71, Woyniłłowicz E., Wspomnienia 1847-1928, cz. I, Wilno 1931 , t. 1, s.226

72, Tamże, s. 224

73, Tamże, s. 228

77, A. Szelągowski, Polska Historyczna, Dziennik Powszechny nr 46 z 17.2.1919

 80, Józef Piłsudski na Grodzieńszczyźnie, Jednodniówka 19.3.1919, Grodno 1925

 81, Osmołowski Jerzy, Wspomnienia z lat 1914-1921, t. 1-4, Akc 6797. , t. 2 , s. 200

 82, Woyniłłowicz E., Wspomnienia 1847-1928, cz. I, Wilno 1931 , s. 232

 83, Przed sejmem, Dziennik Powszechny nr 34 z 4.2.1919

84, Sejm, Dziennik Powszechny nr 39 z 9.2.1919

 85, Litwa i Białoruś, Dziennik Powszechny nr 42 z 13.2.1919

 86, Woyniłłowicz E., Wspomnienia 1847-1928, cz. I, Wilno 1931 , s. 338-340; Jałowiecki Mieczysław, Wspomnienia, k. 1-8, mpis, Akc 389. , s. 79

87, Archiwum Polityczne Ignacego Paderewskiego (APIP): , t. 2,1919-1921 opracowali W. Stankiewicz, A. Piber, Wrocław 1974.  s. 256

88, SSSU, pos. 2 z 14.2.1919, sz. 43-44

 89, Dzień polityczny, Gazeta Warszawska nr 46 z 16.2.1919

 90, J. Hłasko, Dyplomacja socjalistyczna, Gazeta Warszawska nr 63 z 25.3.1919; Walka o przyszłość Litwy i Białorusi, Gazeta Warszawska nr 64 z 26.3.1919

91, Radiogram Grabskiego z Warszawy do KNP z 16.12.1919, KNP, t. 9; M. Seyda Seyda M., Polska na przełomie dziejów. Fakty i dokumenty, tom 1-2, Poznań -Warszawa 1927 , t. 2, s. 535; Deruga A., Polityka wschodnia Polski wobec ziem Litwy, Białorusi i Ukrainy 1918-1919, Warszawa 1969 , s. 103

 94. Baranowski W., Rozmowy z Piłsudskim 1916-1931, Warszawa 1958 , s. 90

 95, KNP, t. 154, Orzeczenie Komisji Litewskiej z 7.12.1918

 104,  APIP, t. 2, s. 284-288

105, KNP, t. 154, s. 36

 106, Akty i dokumenty dotyczące spraw granic Polski na konferencji pokojowej w Paryżu 1918-1919, cz. I. Program terytorialny delegacji polskiej, Paryż 1920 , s. 100-101

 107, S. Bronowski, Państwo polskie a kwestia białoruska, Warszawa 1919, s. 3

108, Tamże, Z programem tym polemizowała Gazeta Warszawska nr 4 z 4.1.1919; nr 5 z 15.5.1919; nr 4 z 14.1.1919. Patrz również E. Węsławska, Polacy na Litwie i Białorusi na tle zawieruchy wojennej, BN, IV 10721, s. 69-72

 109, J. Sorokowicz, Polska a Litwa i Białoruś, Warszawa 1919, s. 23; J. Obst, Odwieczny spór Polski z Moskwą o Litwę, Warszawa 1919, s. 3

110, M. Bobrzyński, Wskrzeszenie państwa polskiego, t. 1 Warszawa, 1925, s. 60

 111. Domański Zygmunt, Pamiętnik, Akc 9216/1. , t. 3, s. 202

112, AAN, KNP, t. 154, Oświadczenie delegacji ziemian z kresów

113, Woyniłłowicz E., Wspomnienia 1847-1928, cz. I, Wilno 1931 , s. 242

 114, AAN, KNP, t. 517, Memoriał Rozwadowskiego

 116, Biblioteka Ossolineum, Papiery Rozwadowskich, sygn. 8008, t. XI, s. 93; E. Maliszewski, Stosunki narodowościowe na Litwie i Białorusi, BPK, t. 139, s. 87

 117, AAN, KNP, t. 188, Memoriał prof. Jana Czekanowskiego.

118, AAN, KNP, t. 153, Referat Herdingera. 

119, Tamże

120, AAN, KNP, t. 139, K. Kulwiec, Związek Polesia z Polską

121, Tamże, t. 136, Notatka Sadkowskiego i Fillingera. 

124, R. Dmowski, Pisma, t. 1-8, Częstochowa 1938  t. 3 1938, s. 144; Kozicki S., Sprawa granic Polski na konferencji pokojowej w Paryżu, Warszawa 1928  , s. 130-132

125, Akty i dokumenty dotyczące spraw granic Polski na konferencji pokojowej w Paryżu 1918-1919, cz. I. Program terytorialny delegacji polskiej, Paryż 1920 , s. 130-133; M. Seyda Seyda M., Polska na przełomie dziejów. Fakty i dokumenty, tom 1-2, Poznań -Warszawa 1927 , t. 2, s. 589-590; Głąbiński S., Wspomnienia polityczne, Pelplin 1938 , s. 436

 129, Bliższa koszula ciału niż sukmana, Dziennik Wileński nr 271 z 21.11.1918

 130, Białorusini w Tarybie, Dziennik Wileński nr 280 z 1.12.1918

 131, O naszą granicę wschodnią, Dziennik Wileński nr 284 z 6.12.1918

 133, Wiec narodowej demokracji w sprawie granic państwa, Gazeta Warszawska nr 36 z 21.12.1918

 142,  Leinwand A., Polska Partia Socjalistyczna wobec wojny polsko-radzieckiej, Warszawa 1964 , s. 25-29

143, Robotnik nr 352 z 29.12.1918

 146, Baranowski W., Rozmowy z Piłsudskim 1916-1931, Warszawa 1958 , s. 123-124

147, Wasilewski L., Józef Piłsudski, jakim go znałem, Warszawa 1935 , s. 171

148, Akty i dokumenty dotyczące spraw granic Polski na konferencji pokojowej w Paryżu 1918-1919, cz. I. Program terytorialny delegacji polskiej, Paryż 1920 , s. 62; W. Dzwonkowski, Józef Piłsudski, Warszawa 1919, s. 29

 149, Sprawa narodów kresowych dawnej Rosji, Lublin 1918, s. 15; Deruga A., Polityka wschodnia Polski wobec ziem Litwy, Białorusi i Ukrainy 1918-1919, Warszawa 1969 , s. 26

152, E. Maliszewski, Białoruś w cyfrach i faktach, Piotrków 1918, s. 10

153, M. Żegota-Januszajtis, Strategiczne granice Polski na wschodzie, Bellona 1919, III, s. 18, 32

154, Lato S., Program stronnictw ludowych 1892-1939. Zbiór dokumentów, Cz. 1 i 2, Warszawa 1962, s. 147-48

 156, Gazeta Ludowa nr 1 z 19.12.1919; Zadania polityczne zjazdu polskiego w Wilnie, Gazeta Ludowa nr 2 z 29.12.1918

157, T. Szopa, Poznajmy naszą siłę, Gazeta Ludowa nr 66 z 9.2.1919; Zadania Sejmu, Gazeta Ludowa nr 7 z 6.3.1919; Stankiewicz W., Konflikty społeczne na wsi polskiej 1918-1920, Warszawa 1963, s. 295

 160, Piast nr 40 z 6.10.1918

171, Baranowski W., Rozmowy z Piłsudskim 1916-1931, Warszawa 1958 , s. 18

172, AAN, Archiwum Wasilewskiego, t. 57, s. 25

 173, Piłsudski J., Pisma zbiorowe, tom 1-10, Warszawa 1937 , t. 5, s. 41

178, Szerzej na temat KOK mówi memoriał stworzony na zamówienie Komisji Litewskiej z 7.11.1918, KNP, t. 152; Waligóra B., Na przełomie. Zdarzenia na ziemiach białoruskich i łotewskich oraz w krajach bałtyckich, Belona 1934 , t. XLVII, , s. 44-48; M. Obiezierski, Komitet Obrony Kresów Wilno wyzwolone, Jednodniówka 1919, s. 25; E. Woyniłłowicz, Woyniłłowicz E., Wspomnienia 1847-1928, cz. I, Wilno 1931  t. 1, s. 230-35

 179, B. Waligóra, Na przełomie. Zdarzenia na ziemiach białoruskich i litewskich oraz w krajach bałtyckich, Bellona 1934, t. XLVII, s. 24; S. Chocianowicz, Historia Dywizji Litewsko-Białoruskiej w świetle listów Józefa Piłsudskiego, Niepodległość 1962, t. 12, s. 205; Tenże, Szkice dziejów Litewsko-Białoruskiej Dywizji, Zeszyty Historyczne nr 1974, t. 28, s. 129-34; M. Obiezierski, Obiezierski M., Komitet Obrony Kresów Wschodnich, (w:) Wilno wyzwolone, Jednodniówka na zjazd byłych uczestników walk o Wilno, Wilno 1920  , s. 23

180, Szerzej na temat organizacji dywizji, AAN VI Oddział, Raport Informacyjny z 19.3.1919, Instytucje Wojskowe WBK, t. 485/1; CAW I Oddział NDWP, t. 151, s. 52-59, t. 150, s. 79-83; E. Woyniłłowicz Woyniłłowicz E., Wspomnienia 1847-1928, cz. I, Wilno 1931  , s. 234-235; J. Ostrowski, Dywizja Litewsko-Białoruska, Wilno wyzwolone. Jednodniówka na zjazd byłych uczestników walk o Wilno, Wilno 1930, s. 204; R. Miennicki, Wilno w polskim wysiłku zbrojnym, Wilno 1930.., s. 18; Deruga A., Polityka wschodnia Polski wobec ziem Litwy, Białorusi i Ukrainy 1918-1919, Warszawa 1969 , s. 148-155

181, J. Osmołowski, , Osmołowski Jerzy, Wspomnienia z lat 1914-1921, t. 1-4, t. 2, s. 6-7

182, CAW, Teki S. Laudańskiego, t. 440-12/2-5, s. 223-230; Por. A. Łuckiewicz, Łuckiewicz A., Polska okupacja na Białorusi, Wilnius 1920 ..., s. 12

 183, J. Piłsudski, Pisma, t. 5, s. 233; S. Chocianowicz, Chocianowicz W., Szkic dziejów Lilewsko-Białoruskiej Dywizji, Zeszyty Historyczne 1974, s. 134-35

226, AAN KNP, t. 115, s. 28-35; KUL, Akta J. Steckiego, rkps, 576, f. 16

228, AAN, Archiwum I. Paderewskiego, t. 948, Oświadczenie ziemian. 

 231, S. Grabski, Grabski Stanisław, Wspomnienia 1879-1939,1.1-2, mpis, Akc 8468. ,s . 502-503

 232, I Zjazd Związku Ludowo-Narodowego Rzeczypospolitej Polskiej w Warszawie 11-12 maja 1919, Warszawa 1919; Sprawozdanie z I Zjazdu w Warszawie, Gazeta Warszawska nr 128 z 12.5.1919

 233, Na kresach wschodnich. Nastroje ludności, Gazeta Warszawska nr 142 z 26.5.1919; S. Głąbiński, Głąbiński S., Wspomnienia polityczne, Pelplin 1938 , s. 411

235, Po oswobodzeniu Wilna, Głos Narodu nr 102 z 4.5.1919

236, Piast nr 15 z 13.3.1919

237, SSSU, pos. 32 z 29.4.1919, sz. 29-30

 238, Piast nr 17 z 24.4.1919

245, J. Osmołowski, J. Osmołowski, Osmołowski Jerzy, Wspomnienia z lat 1914-1921, t. 1-4, t. 3, s. 61

 253, SSSU, pos. 83 z 1.8.1919, sz. 7-8; Działalność ZLN w Sejmie Ustawodawczym RP od 9.02.1919-31.09.1921, Warszawa 1921 , s. 11

255, M. Świechowski, Podstawowe założenia polityki polskiej na ziemiach litewsko-białoruskich i program działania TSK, t. 29, s. 1-20

256, M. Świechowski, Podstawowe założenia polityki polskiej na ziemiach litewsko-białoruskich i program działania TSK, t. 29, s. 15

257, E. Jezierski, Jak lud litewski walczył o wolność Polski, Warszawa 1919, s. 20

258, AAN, Kancelaria Naczelnika Państwa, t. 145, Memoriały składane premierowi 

264, Kancelaria Naczelnika Państwa, t. 156, s. 215-17; W. Sukiennicki, Sukiennicki W., O oddźwięk w sercu, Zeszyty Historyczne 1976, t. 38, s . 100

265, List Sikorskoego do Piłsudskiego z 19.8.1919,  Niepodległość 1962, t. 7, s. , s. 56-57

266, Adiutantura Belwederu, t. 393, dok. 1634

 268, J. Osmołowski, Osmołowski Jerzy, Wspomnienia z lat 1914-1921, t. 1-4, t. 3, s. 107

 271, M. Wańkowicz, Dlaczego żołnierz wkracza na Litwę i Białoruś, Warszawa 1919, s. 10. Polemizował z nim Głos Litwy nr 145 z 7.11.1919

 272, Robotnik nr 209 z 4.6.1919; T. Hołówko, Ziemianie, Warszawa 1919, s. 32-33

273, J. Borski, Trwożliwy entuzjazm, Robotnik nr 247 z 11.8.1919

274, J. Sochacki, Żądania endecji, Robotnik nr 277 z 14.8.1919

 275, List partii socjalistów-rewolucjonistów do PPS; Robotnik nr 204 z 21.7.1919

276, Archiwum Zakładu Historii Ruchu Ludowego (dalej: A.ZHRL); A. Bogusławski, Pamiętniki, P-32, s. 64

277, O pokój na wschodzie, Kurier Lwowski nr 280 z 13.10.1919; J. Kwapiński, Moje wspominienia 1904-39, Paris 1965, s. 204

278, Woyniłłowicz E., Wspomnienia 1847-1928, cz. I, Wilno 1931 ,s. 265

279, M. Kossakowski, Kossakowski Michał Stanisław, Diariusz, t. 3-8, mpis, sygn. 4. ,t. 4/2, s. 50; M. Porowski, Porowski Mieczysław, Wspomnienia 1904-1918, rkps 13542/11. ,s. 151

280, J. Hłasko, Odnowienie unii, Gazeta Warszawska nr 213 z 6.8.1919

282, Głos Narodu nr 198 z 4.8.1919

283, Piast nr 40 z 5.10.1919

286, AAN, Archiwum Padereskiego, t. 948

287, Kancelaria Naczelnika, t. 43 z 31.8.1919

 289, SSSU, pos. 40 z 22.5.1919, sz. 19

303, Rozporządzenie administacji wojskowej przeciw nadużyciom, Gazeta Warszawska nr 239 z 1.9.1919

321, J. Hłasko, Niebezpieczne złudzenia, Gazeta Warszawska nr 306 z 9.11.1919

322, Głos Narodu nr 217 z 12.10.1919; Piast nr 40 z 5.10.1919

323, Interview z Łuckiewiczem, Kurier Polski nr 303 z 6.11.1919; Robotnik nr 209 z 4.6.1919

 324, Osmołowski Jerzy, Wspomnienia z lat 1914-1921, t. 1-4, t. 3, s. 88-89; ZCZW, Akc. 1663, Listy nauczycieli białoruskich.

 325, ZCZW, Akc. 1663, Protokoły sądu okrękowego w Mińsku za listopad 1919 r.

326, ZCZW, Akc. 1731, Sprawozdanie inspektoratu szkolnego powiatu słuckiego za 1919 r.

327, ZCZW, Akc. 1750, Sprawozdanie z działalności inspektoratu szkolnego w powiecie mińskim za 1919 r. 

330, Osmołowski Jerzy, Wspomnienia z lat 1914-1921, t. 1-4, t. 3, s. 140

331, J. Hłasko, Jeszcze raz w sprawie ziem polskich, Gazeta Warszawska nr 236 z 19.11.1919

 336, SSSU, pos. 103 z 25.11.1919, sz. 32

341, Osmołowski Jerzy, Wspomnienia z lat 1914-1921, t. 1-4, Akc 6797. , t. 3, s. 126

352, AAN, Oddział VI, MSZ, t. 261/II-4, s. 4; Senn A. E., The emergence ofmorden Lithuania, New York 1959 , s. 187-198

353, Krótki zarys zagadnienia białoruskiego. Sztab Generalny Oddział II, Warszawa 1928 , s. 92; Ełski-Łaniewski S., Sprawa białoruska, Zarys historyczno-polityczny, Warszawa 1931 ,s. 46; Nasz Kraj nr 202 z 19.12.1919. 

357, Stan rzeczy na Mińszczyźnie. Wywiad z J.Gzowskim, Gazeta Warszawska nr 343 z 18.12.1919

362, Deklaracja ziemian w sprawie rolnej, Ziemianin nr 4 4.1919, s. 21-23

363, APIP, t. 2, s. 218; H. Wielowieyski, Kolonizacja narodowa na wschodnich Rzeczypospolitej, Ziemianin nr 4, 1919 , s. 24

365, Stan gospodarczy większej własności na zimie grodzieńskiej. Kadencja własn, Gazeta Warszawska nr 88 z 25.3.1919.

367, Wnioski ZLN w sprawie rolnej, Gazeta Warszawska nr 98 z 9.4.1919  ; SSSU, pos. 45 z 4.4.1919, sz. 27-28; Stankiewicz W., Konflikty społeczne na wsi polskiej 1918-1920, Warszawa 1963 , s. 95

371, SSSU, pos. 4 z 22.2.1919, sz. 86

Białorusini w II Rzeczypospolitej / Krystyna Gomółka. - Gdańsk : Wydawnictwo Politechniki Gdańskiej, 1992. - 178 (Zeszyty naukowe Politechniki Gdańskiej ; 495. Ekonomia ; 31) 

По мнению Яна Людвика Поплавского белорусское население не представляло никаких политических устремлений и не стремилось к сохранению своей этнографической отдельности. Подобным образом о белорусах высказывался Роман Дмовский, постулирование удержание в рамках польского государства части белорусских земель 1). 

Белорусы-католики, по мнению Пилсудского, значительно легче подлежали польским влияниям, чем оставшиеся 6).

После занятия польскими войсками Минска приказал членам Белнацкома во всех делах обращаться к управляющему минского округа Гражданского Управления Восточных Земель - Владиславу Рачкевичу. Не согласился также на выдвижения белорусского правительства 16). 

Начиная от ноября 1920 г. систематически ликвидировались белорусские школы, а работа Товарищества Стражи Кресовой в пользу белорусского населения ограничивалась к отправлению к Варшаве новых делегаций и склонения их к решениям, говорящим о желании принадлежности этих земель Польше. 18) 

18 Конгресс ППС, прошедший в июле 1921 г. предложил признание принципа независимости Украины и Беларуси и придание широкой автономии отдельным этническим группам в Польше. Однако этот проект не дождался поддержки со стороны политических группировок 19)

Ранним элементом польской политики, направленным к изменению этнической структуры литовско-белорусских земель, был закон о предоставлении земли солдатам польского войска от 20 декабря 1920 г. 20. Ряд осадничьих колоний занял лучшую землю, а осадники получили помощь со стороны государства. Чаще всего помощь там связывалась с предоставлением кредитов или выдачей строительных материалов. Известны многочисленные случаи отдачи земли в аренду местным крестьянам за соответствующую плату. Этого типа примеры не могли пользоваться поддержкой белорусского населения, наблюдающего плутовство и расточительность, в то время как для него доступ к этой земле был преимущественно затруднен 21). Уже в 1921 г. появились первые голоса, требующие прекращения военного осадничества. С такими аргументами выступили публично представители кресовых дворян Ян Пузына и Эдвард Войнилович, подчеркивая, что местное население не может относиться дружелюбно к полякам-осадникам 22). Съезд кресовых отделов союзов дворян, прошедший в июне 1922 г., признал осадничьи действия обязательными и призвал к жизни фундуш помощи для пользования осадниками 23). 

Инкорпорацию Виленщины постановил Виленский Сейм. Лишь член ППС и ПСЛ-Освобождения и демократов-краевцов высказались в пользу придания Виленщине автономии и сохранения необходимых прав для культурного развития белорусов. Прибывшая в начале марта 1922 г. делегация Виленского Сейма после многочисленных дискуссий, касающихся статута для Виленщины, решилась 22 марта подписать "Акт соединения". Это значило, что Вильно не подходит под автономию. Винцент Витос озвучил предложение, что статут земли Виленской должен быть "согласован с интересами Речи Посполитой". Означало это победы инкорпоративной формулы. К лозунгам автономии для белорусов, введения самоуправлений на территории восточных воеводств, упорядочения дел военного осадничества и колонизации вернулись на кануне парламентских выборов в 1922 г. - ППС и ПСЛ-Освобождение. Представленная программа не была принята властями. 

Упадок правительства Сикорского прервал начатую им работу. К власти пришла центрально-правая коалиция. Заняла она в национальном вопросе положение однозначно националистическое, требуя полной полонизации белорусских земель, признанных за Польшей. Это положение поддержало среди прочих „Słowo, на страницах которого национальную ассимиляцию белорусов предложел Владислав Студницкий 28). 

1. R. Wapiński, Endecka koncepcja polityka wschodniej w latach 1917-21, Gdańsk 1967, s. 48

 6. Szerzej temat został opracowany w artykule K. Gomółki, Pilsudski wobec kwestii białoruskiej a wschodnia granica Polski w latach 1918-22, w: Narodziny Polski Niepodległej, Wizje-Realia-Opinie, Warszawa 1988, s. 196-216

 16. Sześć listów Józefa Piłsudskiego do Stanisława Szeptyckiego z okresu wojny polsko-radzieckiej, oprac. W. Stankiewicz, Dzieje Najnowsze 1971, z. 3, s. 63

 18. K. Gomółka, Rozmowy polsko-białoruskie w marcu 1920 r., Dzieje Najnowsze 1988, z. 1, strony 3-15; O polskości kresów wschodnich czyli rzecz o Towarzystwie Straży Kresowej, Tygodnik Polski nr 30 z 23.8.1989

 19. Taże, Polskie ugrupowania polityczne wobec kwestii białoruskiej 1918-22, Warszawa, s. 189

 20. C. Brzozowski, Akcja osadnictwa wojskowego na kresach wschodnich. Praca dyplomowa, Warszawa 1938; W. Studnicki, W sprawie osadnictwa żołnierskiego na kresach wschodnich. Warszawa 1922

 21. Rozdawanie ziemi żołnierzom, Piast nr 3 z 15.1.1922; W. Milanowski, Polska kolonizacja powojenna na ziemiach wschodnich, BN, mpis, Akc 10109, s. 18

 22. S. Mackiewicz, Problemat kresowy, Słowo nr 58 z 6.10.1922

 23. Osadnictwo a ziemianie, Przegląd Ziemiański nr 24-25 z 24.6.1922

 28. W. Studnicki, Polska polityka narodowościowa, Słowo nr 44 25.2.1923