польские писатели, писавшие по-белорусски, и "Наша нива"

 

Национальный вопрос на страницах газеты «Наша Нiва» (1910 г.)

Кроме того, некоторые деятели польского движения, родившиеся и долгое время жившие в Белоруссии, утверждали, что белорусская литература создана польским национальным движением для своих целей, на что «Наша нива» ответила, что в XIX в. действительно российские власти и поляки использовали белорусский язык, но эти «писания» не имеют ничего общего с новой белорусской литературой начала ХХ в. [2,  с. 584]

1. 2. Наша ніва. Першая беларуская газэта з рысункамі. [Факсімільнае выданне]. – Б.м., б.г. – Вып. 3.: 1910 г. – Б.г. – 800 с.
2. 
   

Не считал себя белорусом и Винцент Дунин-Марцинкевич (тот самый, которого считают чуть ли не основоположником "беларушчыны"). В 1850-х гг. он издает пять книг на белорусском. Цель своего творчества писатель аргументировал в «Gazecie polskiej» в 1861 г. под псевдонимом Наума Приговорки: «Живя среди народа, говорящего на белорусском наречии, включенный в его способ мышления, мечтая о лучшей доле этого братского племени, решил я, чтобы подтолкнуть его к просвещению в духе его обычаев, преданий и умственных способностей, писать в собственном его наречии» [1] 

[1] - Radzik R. Między zbiorowością etniczną a wspólnotą narodową. Białorusini na tle przemian narodowych w Europie Środkowo-Wshodniej XIX stuliecia. Lublin, 2000. S. 216.

Из группы VK "Мы патриоты Белой Руси":

https://vk.com/topic-46503890_34702083

Отцом-основателем "белорусского" национализма антирусской направленности принято считать поэта Франциска Бенедикта Богушевича (1840-1900). Невероятно, но факт: мало кто знает, что сам Богушевич считал себя поляком и был горячим патриотом "великой Польши", а белорусские стихотворения писал для того, чтобы оторвать белорусов от России. Об этом в своих воспоминаниях писал его близкий друг Франциск Оскерка: "Пан Богушевич, мой близкий сосед и хороший знакомый... повстанец 1863 года, горячий патриот Польши, который в довольно частых личных разговорах со мной говорил, что единственным мотивом, который толкал его и его предшественников писать на этом диалекте (gwarze) [белорусском - прим. МПБР], была боязнь перед возможной русификацией местного люда" (Małgorzata Moroz: „Krynica”. Ideologia i przywódcy białoruskiego katolicyzmu. Wyd. 1. Białystok: Białoruskie Towarzystwo Historyczne, 2001, s. 33).

"По словам [Зигмунда] Нагродского [хорошо знавшего поэта и оставившего Луцкевичу воспоминания под запись в 1935 году - прим. МПБР], Богушевич был горячим сторонником восстановления Польши - в широких границах, мечтал о том, чтобы и Беларусь была с Западом (в его польском аспекте!) и "дрожал от мысли, что она могла бы остаться под Россией, если бы от последней оторвалась Польша".

Источник: Луцкевіч А. Жыцьцё і творчасьць Фр. Багушэвіча ў успамінах ягоных сучасьнікаў // Запісы Беларускага Навуковага Таварыства. Сш. 1. Вільня, 1938. С. 21.

👨‍👩‍👧‍👦 Семья Богушевича имела стойкие польские националистические убеждения (по словам Луцкевича, "варожа адносілася да ўсяе беларускае і «хлопаманскае» працы паэты", даже при том, что "праца" эта, как мы видели выше, имела вполне утилитарное антирусское назначение), сын его Томаш был белорусофобом ("Сын паэты, Тамаш, якога я знаў добра асабіста (памер ён у канцы дваццатых гадоў), ненавідзеў усё беларускае").

Источник: Луцкевіч А. Жыцьцё і творчасьць Фр. Багушэвіча... С. 18.

🥷 Печатание "Дудкі беларускай" в Кракове было профинансировано ППС (Польской партией социалистов), в которую входили будущие верховоды авторитарной Польши Юзеф Пилсудский и Игнатий Мосцицкий. Эта же партия занималась контрабандой книги и переправкой её на территорию Российской империи. В 1895 году через германо-российскую границу в районе города Таураге (западная Литва) было переброшено 332 экземпляра.

Источник: Turonek J. Wacław Iwanowski i odrodzenie Białorusi. Warszawa, 1992. S. 24.

Контрабандой произведений Богушевича непосредственно занимался "большой друг всего белорусского" Юзеф Пилсудский, близко знавший поэта. В 1920-1930-е годы он покажет нашему брату, где раки зимуют, да так, что к 1939 году на западнобелорусских землях не останется ни одной белорусскоязычной школы, а белорусские воеводства будут самыми отсталыми во Второй Речи Посполитой.

Источник: Kurjer Wilenski №180(4498) 3 lipca 1938.

💪 Выдающийся учёный-филолог, основатель белорусоведения академик Е.Ф. Карский, не зная даже имени автора "Дудкі беларускай", отмечал её тенденциозность, искусственность и русофобию, стремление "вызвать смуту в русском семействе".

Большинство своих произведений Богушевич написал на польском языке (Источник: Radzik R. Między zbiorowością etniczną a wspólnotą narodową. Białorusini na tle przemian narodowościowych w Europie Srosdkowo-Wschodniej XIX stulecia. Lublin, 2000. S. 238). В 1891 году, когда вышла "Дудка беларуская", он нелегально стал организовывать польские школы в Вильне (Источник: Turonek J. Wacław Iwanowski i odrodzenie Białorusi. Warszawa, 1992. S. 24).

Помимо белорусских стишков, Богушевич писал и стишки на малороссийском (украинском), когда жил и работал в Малороссии. После, правда, их спалил, потому что посчитал некачественными, а вот белорусские не спалил. 

Общеизвестно, что Франциск Бенедикт Богушевич происходил из польской шляхетской семьи Виленской губернии, был крещён в католичестве. Большую часть своих произведений, как отмечает польский историк Ришард Радзик, Богушевич написал на польском языке (Radzik R. Między zbiorowością etniczną a wspólnotą narodową. Białorusini na tle przemian narodowościowych w Europie Srosdkowo-Wschodniej XIX stulecia. Lublin, 2000. S. 238). В 1863 году принимал участие в польском шляхетском восстании, слыл ярым русофобом. Сына своего Томаша воспитал в польском патриотическом духе.

Процитируем  газету "Наша ніва" (22 января 1909 года, №4):

«В польской литературе появилось так называемое белорусское направление или школа, которая придерживалась взгляда на Беларусь как на составную часть польской земли и польской национальности. Поэты и прозаики этой школы - Ян Чечот, Борщевский, а ещё больше польский эмигрант Рыпинский, писали почти только на польском языке, подстраиваясь под тон белорусской народной поэзии и лишь изредка составляя какую-нибудь песенку по-белорусски. Это были люди с чисто шляхетскими мыслями, а как они смотрели на белорусчину показывают слова предисловия Рыпинского к его книге о Беларуси, изданной в 1840 году в Париже: "Эта Русь, говорит Рыпинский, пока она есть и будет польской, составляет нераздельную часть нашего дорогого отечества..."

<...>

По своим мыслям Марцинкевич был таким же польским шляхтичем, как и Рыпинский. Паны представляются в его произведениях сторонниками и доброжелателями крестьян, а если и ведут себя с ними временами несправедливо, то только из-за того, что их дурят экономы. Этот поэт - большой патриот исторической Польши, потому и не удивительно, что так хорошо, с таким старанием переводил он славные произведения Мицкевича».