N. Velius. Baltų religijos ir mitologijos šaltiniai. - Vilnius, 2016, t. III
Заголовок:
RELATIONES STATUS DIOECESIUM IN MAGNO DUCATU LITHUANIAE
(Отчёты о состоянии епархий в Великом княжестве Литовском)
Заголовок раздела:
Relatio Episcopi Samogitiae Georgii Tyszkiewicz 1639
(Отчёт епископа Жемайтийского Георгия Тышкевича, 1639)
Латинский текст:
[...] Christi fideles religionis catholicae sunt zelosi cultores et bene de necessariis salutis instructi. Quorum tantus ardor et aemulatio devotionis publicis, ut una die decem millia et amplius numerentur, qui Sacram Synaxim frequentent, et in visitationibus quandoque tria, quandoque quinque millia ad sacramentum Confirmationis fuerint admissa, turmatim convenient populo et ad mediam noctem caeremonias protrahente divinas, cum maxima fatigatione et lassitudine ministrorum ecclesiae. Et confirmatorum quidem ab initio fructificationis meae in ecclesia sive dioecesi commissa ad quinquaginta duo millia recensentur trecenti et sexaginta. Superstitiones in populo rudi idolomoniae, incantationum, maleficiorum et aliorum huiusmodi, si quae fuere, iam, Dei gratia, cura et vigilantia pastorum sublatae. Quibus abolendis penitus et extirpandis erroribus omnibus ordinavi, quatenus parochi non tantum publice et in ecclesia saluti suorum inserviant, sed etiam privatim domos singulorum parrochianorum visitent, ibidemque mentibus eorumdem sacram doctrinam instillent et leniter in charitate cum iis agendo a vitiis retrahant. [...]
Перевод:
[...] Христианские верующие католической религии — ревностные почитатели и хорошо наставлены в необходимом для спасения. Их рвение и соревнование в благочестии столь велики, что в один день насчитывается десять тысяч и более человек, приступающих к Святому Причастию, а во время визитаций иногда три, иногда пять тысяч были допущены к таинству Конфирмации; они собираются толпами, и священные церемонии длятся до полуночи, при величайшем утомлении и усталости служителей церкви. А с начала моего плодотворного служения в церкви, то есть в порученной мне епархии, насчитывается пятьдесят две тысячи триста шестьдесят конфирмованных. Суеверия среди грубого народа — идолопоклонство, заклинания, колдовство и прочее тому подобное, если и были, то ныне, милостью Божьей, попечением и бдительностью пастырей устранены. Для полного искоренения и уничтожения всех этих заблуждений я повелел, чтобы приходские священники не только публично и в церкви служили спасению своих [прихожан], но и частным образом посещали дома каждого из прихожан, и там внедряли в их умы священное учение, и, мягко действуя с ними в любви, отвращали их от пороков. [...]
Заголовок раздела:
Relatio Missionarii Apostolici Georgii Schavinski 1639
(Отчёт апостольского миссионера Георгия Шавинского, 1639)
Латинский текст:
[...] Et quamvis rarus sit iam cultus daemoniorum, divinam gloriam in specie serpentum, lucorum et aliorum idolorum vanitatibus obscurantium, prout antea non sola Lithuania et Samogitia, sed in omni gente a primaeva sui origine excaecatione et praestigiis diaboli viguit, sunt adhuc nonnullae superstitionum reliquiae, quae gentem in caeca errorum caligine ob inopiam interpretum sacrae doctrinae versantem detinent. Ubi superstitio in fovendis laribus domesticis et multis adhuc observatur, quos ziemines a terris, lauchinas a campis, pogirnes – molares, farre augendo, et aitvaros a custodia sepium ob ditandi studium venerantur. Qui vere nihil aliud sunt, nisi incubi, tetri spiritus, apparentes quandoque in specie humana et ut plurimum in specie tetra-
Перевод:
[...] И хотя теперь редко встречается культ демонов, омрачающий божественную славу поклонением змеям, рощам и прочим идолам, как это было раньше не только в Литве и Жемайтии, но и у всех народов от их первобытного заблуждения, всё же и сейчас сохраняются некоторые остатки суеверий, которые держат людей во тьме заблуждений из-за недостатка толкователей священного учения. Где суеверие в почитании домашних ларов и многих других вещей всё ещё наблюдается: они почитают ziemines (жеминес) — от земли, lauchinas (лаукинес) — от полей, pogirnes (погирнес) — мышей, [почитаемых] ради приумножения зерна, и aitvaros (айтварос) — ради охраны изгородей, из стремления к обогащению. Эти [существа] — не что иное, как инкубы, ужасные духи, иногда являющиеся в человеческом облике, а чаще всего в виде четвероногих...
---
Изображение 2
Заголовок:
PRANEŠIMAI APIE ŽEMAIČIŲ VYSKUPIJOS BŪKLĘ
(Сообщения о состоянии Жемайтийского епископства)
Латинский текст (продолжение):
...gi, galli sylvestris volantis aut pavonis extensas pennas habentis, qui si scintillas ignis a cauda vibrare videatur, signum habetur triste, nihil peculii aut frumenti cultori suo portare, quod si appareat subniger et obscurus, frugibus et nummis onustus, gaudente rude popello, redire putatur. Quem in ea specie sero et de nocte volantem saepius ipse etiam conspexi, et facto signo sanctae Crucis, in momento disparerent vel in lacunas sese praecipitantem adverti, quin etiam furta eorundem deprehendi, horrea, granaria et penuaria vastantium. Quem in finem plebs rudis, credula et cupida adiutorii, publicis quibusdam festis esculenta et poculenta laute praeparata illis offerens, gratiam et favorem aucupatur; quae festa Ilgie apud Samogitas, ob assertam ex iugo Theutonico libertatem, et apud lituanos rudenaie, quasi autumnalia vocantur; quibus festis et conviviis agitandis solemne tempus est, transactis feriis divorum omnium. In quibus epulis prima libamina ferculorum post mensam proiiciuntur, praefico carmine sacrificii aut patrisfamilias domus, quandoque etiam omnes anguli domus diis suis liminaribus insperguntur. Et communiores omnes fere rusticanis et oppidanis feriae, chieltuve stalu ab oblatione mensarum nuncupatur; quae oblatio sive agape in cibandis pauperibus, pia reciprocatione nunc tenetur. Atque praedicta superstitio invocandi et colendi lares et lemures, multis iam in locis lustratione carminis et fontis sacri est sublata, minitantibus ac frequentibus diablis, confessione ac sacra Synaxi a pernicie corporum et animorum est aversa. Et factum est frequenter, ut in relabentes et recidiva superstitionis laborantes, iure suo in sibi subiectos utentibus daemonibus (!), gravibus incendii et devastationibus cultores vani sint mulctati. Quibus iam fugatis, caelestia avidius appetunt et catervatim convolantes ad sacerdotes, pagos visitantes, doceri se et expiari summis precibus efflagitant, id quod illis olim horrori velut novum et insuetum fuit. [...]
[...] Et vero Samogitia sive a Massagete, gente antiquissima, sive a duce suo Saimone, sive a vetustissimis italis et gothis, mari Baltico in littora sui tractus delatis, originem trahat, gens per omnia est egregia, ut ducis generalis Caroli Chotchievicii ex hoc stipite pullulantis, viri nunquam [satis] ob merita Reipublicae polonae laudandi, fama et gloria, virtutem gentis testatur. Ex plebeis sunt insignes scelopetarii, ita ut peditatum hungaricum, germanicum et ianicerorum adaequent animi vigore, robore corporis et fortitudine ac industria bellica. Idioma samogitis cum lituanis, sicut ritus, leges, mores, habitus, forma aedificiorum et ratio vivendi ac religio est communis, nisi quod Somagitis [sic!] inferiora loca incolat, quam Lituania. Unde et nomen gentis nativa lingua ab infernis terrae sumitur: Zemaitis namque inferiorem terram colentem notat. Casae villanis humiles et agrestes, qui more militari in mapaliis, fruticibus, ligno et stamine fabricatis, prout villani itali in canna tectis habitant. In medio tugurii, accenso foco, tam aestate, quam hyeme, tota die et
Перевод:
...четвероногих, имеющих распростёртые крылья лесного петуха или павлина, которые, если кажется, что из хвоста вылетают искры огня, считаются дурным знамением, не приносящим никакой прибыли или зерна своему хозяину; если же он появится черноватым и тёмным, нагруженным плодами и деньгами, то считается, что он возвращается, к радости грубого народа. Я сам часто видел его летящим в таком облике поздно и ночью, и, осенив себя знамением святого креста, замечал, что он мгновенно исчезает или бросается в водоёмы; более того, были обнаружены и кражи, совершаемые ими, опустошающими амбары, житницы и кладовые. Для этой цели грубый, легковерный и жадный до зрелищ народ, предлагая им на некоторых публичных праздниках изысканно приготовленную еду и напитки, снискивает их милость и расположение; эти праздники у жемайтов называются Ильге (Ilgie), в честь обретённой свободы от тевтонского ига, а у литовцев — руденай (rudenaie), то есть осенние; для проведения этих праздников и пиров есть установленное время — по окончании праздников всех святых. На этих пирах первые куски блюд после стола бросаются [на пол], с произнесением песни жертвоприношения или хозяином дома, а иногда и все углы дома окропляются их пороговыми богами. И почти все праздники, как у крестьян, так и у горожан, называются chieltuve (кяльтуве) от подношения столов; это подношение, или агапа, ныне считается благочестивым воздаянием при кормлении бедных. И вышеупомянутое суеверие — призывание и почитание ларов и лемуров — во многих местах уже устранено очищением песни и святого источника, а frequentibus (частые) угрозы демонов отвращены исповедью и Святым Причастием от погибели тел и душ. И часто случалось, что впадающие вновь и страдающие от рецидива суеверия, используя своё право на подвластных им демонов (!), несли наказание за тщетное почитание тяжкими пожарами и опустошениями. Когда же они были изгнаны, то стали жадно стремиться к небесному и, стекаясь толпами к священникам, посещающим деревни, они настоятельно просят научить их и очистить, что когда-то было для них ужасом, как нечто новое и непривычное. [...]
[...] И действительно, Жемайтия — происходит ли [её название] от массагетов, древнейшего народа, или от их вождя Саймона, или от древнейших италиков и готов, принесённых Балтийским морем к берегам её области — народ во всех отношениях выдающийся, как свидетельствует слава и доблесть народа, [явленная] в славе и величии главного вождя Кароля Ходкевича, происходящего из этого корня, мужа, которого никогда не достаточно восхвалить за заслуги перед Польской Речи Посполитой. Из простого народа выходят знаменитые стрелки, так что они равняются с венгерской, немецкой и янычарской пехотой по силе духа, крепости тела и воинской доблести и усердию. Язык у жемайтов с литовцами, как и обряды, законы, обычаи, одежда, форма построек и образ жизни, и религия — общие, кроме того, что жемайты [sic!] населяют более низкие места, чем Литва. Отсюда и название народа на родном языке происходит от подземного [нижнего] мира: ибо Zemaitis (жемайтис) означает жителя нижней земли. Хижины у крестьян низкие и деревенские, которые по военному обычаю [строятся] из жердей, кустарника, дерева и плетня, как итальянские крестьяне живут в тростниковых крышах. В середине хижины, при зажжённом очаге, как летом, так и зимой, весь день и
---
Латинский текст (продолжение):
nocte, plenis fumo aedibus, operas exercent, ubi iumentis, equis, bobus, porcis, porcellis statio sua habetur et stramen ex manipulis frugum fessis thoris et lectus est mollis. Quo etiam viatores hospites in publicis diversoriis, nisi lectos curru secum deferant, excipiuntur. Abundant regio melle candido, quod instar saccari odore suavi, ad fercula etiam magnatum et regum adhiberi solet; et potus ex illo confectus, instar vini muscatelae est suavis et saluberrimus. In superstitionis cultu similitudinem lituanae nationis sequitur. Serpentum cultus, qui in specie Aesculapii vel Apollinis, more graeco viguit, iam exolevit, et alii ritus ethnici excursione missionum defluxerunt, defluuntque in dies, singulari excubante zelo R.mi loci Ordinarii praesentis, qui ipse etiam in plebe docenda vicatim pagos obire non fert gravatim. [...]
Pagi enim sunt infiniti, et millia animarum innumerabilia, ubi veneficia, sortilegia et aliae praestigiae daemonum sunt plurimae, quae sacris his malagmatis arcenda et c[aven]da. [...]
Перевод:
...ночью, в полных дыма домах, выполняют работы; там для скота, лошадей, быков, свиней, поросят есть своё стойло, а солома из снопов зерна служит усталым [людям] мягким тюфяком и постелью. Поэтому и путешественников, и гостей в общественных постоялых дворах, если они не привезут с собой постель на повозке, принимают [так]. Область изобилует белым мёдом, который, подобно сахару, с приятным запахом, обычно подаётся и к столам магнатов и королей; и напиток, приготовленный из него, подобно мускатному вину, приятен и целебен. В культе суеверий [Жемайтия] следует подобию литовского народа. Культ змей, который в образе Эскулапа или Аполлона процветал по греческому обычаю, уже угас, и другие языческие обряды исчезли и исчезают с каждым днём благодаря походам миссий, при исключительном усердии бодрствующего Р.м. местного Ординария, который и сам, обучая простой народ, не тяготится обходить деревни. [...]
Ибо деревни бесконечны, и тысячи душ неисчислимы, где колдовство, ворожба и прочие дьявольские наваждения многочисленны, и их следует отражать и остерегаться этих священных мерзостей. [...]
---
Исторический комментарий
Эти три страницы — важнейший этнографический и исторический источник середины XVII века:
1. Отчёт епископа Тышкевича (1639): Епископ Юрий Тышкевич хвалится успехами католической миссии в Жемайтии. Он сообщает о массовых конфирмациях (52 360 человек) и о том, что ему удалось искоренить суеверия, идолопоклонство и колдовство среди простого народа, обязав священников посещать дома прихожан.
2. Отчёт миссионера Шавинского (1639): Это продолжение предыдущего текста. Шавинский подробно описывает языческие пережитки: веру в aitvaros (летающих духов, приносящих богатство), праздники Ilgie и rudenaie (осенние), обычаи жертвоприношений (бросание еды на пол, кропление углов дома). Он описывает, как крестьяне носят змеиные головы в мешочках как амулеты, и как иезуиты борются с этим, используя освящённые предметы (Агнцы, реликвии).
3. Этнографическое описание жемайтов: Приводится описание происхождения жемайтов, их языка (от слова žemė — земля, «жители нижней земли»), воинственности, быта (низкие хижины с очагом посередине), пчеловодства (белый мёд, медовуха). Отмечается, что культ змей (Эскулап/Аполлон) уже угасает благодаря миссионерам.
ališauskas, vytautas. Baltų religijos ir mitologijos reliktai lietuvos didžiojoje kunigaikštystėje (xiv-xviii a.): Šaltinių rinkinys.
представлены фрагменты книги Иоанна Аргенти (Ioannis Argenti), визитатора Общества Иисуса (иезуитов) в провинциях Польши и Литвы, изданной в 1616 году. Книга называется «Liber de Statu eiusdem Societatis in iisdem Provinciis» («Книга о состоянии того же Общества в тех же провинциях»).
---
ЛИВОНИЯ (Livonia / Latvija)
Перевод с латыни:
«[...] Но то, что чудесным образом приправляет наши труды и придаёт нам силы, так это то, что я не видел в Ливонии народа более раболепного в христианской империи (говоря о крестьянском сословии), чей уход за культурой приносит ему основные плоды. Они не только целыми днями, но и целыми ночами тратят свои силы на работы у господ. Поэтому часто случается, что если они хотят позаботиться о спасении души, им приходится ночью, в ненастную погоду посвящать себя Богу и священнику. [...] Они внимательно слушают проповедь, охотно предаются молитве, тщательно готовятся к исповеди, благоговейно принимают Евхаристию. Священные предметы, такие как священные изображения, пасхальные агнцы, чётки и тому подобное (особенно если они связаны с индульгенциями), они очень ценят; хлеб, воду, соль, освящённые благословением, они благоговейно используют, а священнику предлагают то, что освящено. [...]
Они принимают благочестивые мольбы и паломничества к более известным храмам, [...] при входе в храмы они выказывают величайшее почтение, и с радостью не только преклоняют колени, но и падают ниц, почитают святое место, обнимают, целуют, возносят молитвы [...] и, наконец, частью в храмах изливают молитвы к Богу, частью с колен обходят кресты, установленные на кладбищах».
---
ЛИТВА (Lithuania / Lietuva)
Перевод с латыни и литовского:
«[...] Наши [священники] разделились между собой так, что по воскресным дням одни обходили переулки и улицы, другие — пригороды, остальные — деревни, находящиеся рядом с городом, чтобы повсюду учить христианской доктрине, насаждать благочестие и собирать пасхальные остатки [т.е. выполнять пасхальные обязанности]. [...] Поскольку было пасхальное время, они в первую очередь позаботились о том, чтобы каждый, оставив обязанность ежегодной исповеди и причастия, возместил ущерб и как можно скорее выполнил повеление Церкви. [...] О тех, кто жил в деревнях и селах рядом с городом, они узнали нечто удивительное и весьма печальное. Двое из них, обучая детей основам христианской веры, заметили на шее одного [ребёнка] висящий мешочек из домотканого полотна, и, подозревая, что здесь может скрываться какое-то суеверие, спрашивают мальчика, что там вложено. Тот отвечает, что там у него его бог, полученный от матери и носимый по её велению. Наши разворачивают полотно и находят две отрубленные змеиные головы. Когда их отобрали, мальчик начал кричать, просить вернуть бога и, что было замечено и достойно сожаления, сильно температурить. Наши утешают его и, дав воскового Агнца [Agnus Dei] и использовав реликвии святых, излечивают болезнь, а змеиные головы приносят мне. [...]»
(Примечание: В латинском тексте на третьем изображении эта история также упоминается в сноске: «Сколько раз мы своими глазами видели, как
Заголовок
[121] 1616 Иоанн Аргенти, из Общества Иисуса, Визитатор провинций Польши и Литвы, Книга о состоянии того же Общества в тех же провинциях / Йонас Аргентас, визитатор провинций Общества Иисуса в Польше и Литве, Книга о положении того же общества в тех же провинциях (Аргенти, 1616, стр. 21-22; 23-24; 25-26; 28-29; 32).
---
ЛИВОНИЯ (Livonia)
Перевод с латыни:
«[...] Но то, что чудесным образом приправляет наши труды и придает нам силы переносить их стойко и с жадностью, так это то, что я не видел в Ливонии народа более раболепного в христианской империи (говоря о крестьянском сословии, чья культура приносит здесь основные плоды спасения), но и не видел никого, кто легче переносил бы иго христианского закона. Ибо ливонцы не только целыми днями, но и целыми ночами тратят свои силы на работы у господ. Поэтому часто случается, что если они хотят позаботиться о спасении души, им приходится ночью, в ненастную погоду посвящать Богу и священнику тот час или два, которые необходимо было бы отдать отдыху. [...] Они внимательно слушают проповедь, охотно предаются молитве, тщательно готовятся к исповеди, благоговейно принимают Евхаристию. Священные предметы, такие как священные изображения, пасхальные агнцы, чётки и тому подобное (особенно если они связаны с индульгенциями), они очень ценят; хлеб, воду, соль, освящённые благословением, они благоговейно используют, а священнику, приходящему к ним, предлагают то, что освящено. [...]
Они принимают благочестивые мольбы и паломничества к более известным храмам, [...] при входе в храмы они выказывают величайшее почтение, и с радостью не только преклоняют колени, но и падают ниц, почитают святое место, обнимают, целуют, возносят молитвы [...] и, наконец, частью в храмах изливают молитвы к Богу, частью с колен обходят кресты, установленные на кладбищах».
---
ЛИТВА (Lithuania)
Перевод с латыни (объединенный текст со стр. 161 и 121):
«[...] Наши [священники] разделились между собой так, что по воскресным дням одни обходили деревни и улицы, другие — пригороды, остальные — села, находящиеся рядом с городом, чтобы повсюду учить христианской доктрине, насаждать благочестие и собирать пасхальные остатки [т.е. выполнять пасхальные обязанности]. [...] Поскольку было пасхальное время, они в первую очередь позаботились о том, чтобы каждый, кто пренебрег ежегодной исповедью и причастием, возместил ущерб и как можно скорее выполнил повеление Церкви. [...]
Те, кто посещал соседние деревни и села, расположенные на виду у города, обнаружили вещи тем более непривычные, чем более жалкие. Двое из них, обучая собравшихся детей основам христианской веры, заметили на шее одного [ребенка] висящий мешочек из домотканого полотна. Подозревая, что здесь скрывается какое-то суеверие, они спрашивают мальчика, что там внутри. Тот отвечает, что там у него его Бог, полученный от матери, и что он носит его по велению матери. Наши разворачивают полотно и находят две отрубленные змеиные головы. Когда их отобрали, мальчик начал кричать, требовать своего Бога обратно и, что было удивительно и достойно сожаления, начал гореть в сильнейшей лихорадке. Наши утешают его и, дав воскового Агнца [Agnus Dei] и применив реликвии святых, излечивают болезнь, а змеиные головы приносят мне. [...]»
Сноски к этому отрывку:
· a Вся эта глава отсутствует в издании Аргенти 1615 года.
· b На полях издания Аргенти 1620 года: Варварское идолопоклонство среди коренных жителей Литвы.
· cc Грубый мешочек (в издании Аргенти 1620 года).
---
ПРУССИЯ / РУСЬ (Brussia)
Перевод с латыни (объединенный текст со стр. 121 и 161):
«Из Литвы направимся к крайним пределам России (которую называют Белой). [...] Возле Орши много польской знати; поскольку она исповедует польскую веру (ибо этим именем в честь народа называют католическую веру), легко понять, как заслуженно, при таком недостатке священников, Ваше Святое Королевское Величество, поддерживая [нас] владениями, основало в Орше коллегию Общества [Иисуса] — прочный оплот веры в тех самых дальних краях. [...]
Сколько раз в Литве, Ливонии, России, Жемайтии мы наталкиваемся на старцев почти ста лет от роду, которые, хотя и были католиками, однако никогда не искупали свои грехи по католическому обычаю? Сколько раз мы видели немощных стариков, которые не принимали святейшее Тело Христово, полагая, что это пища для господ, а не для бедняков? Сколько раз мы замечали, что многими соблюдаются церемонии суеверного язычества? Сколько раз мы слышали, что суеверные пиры, происходящие от самого язычества, устраиваются вплоть до наших дней; и что петухи и другие подобные вещи почитаются как божества, и демоны, которых называют фамильярами (familiares — домовые, семейные духи), очень хорошо известны этим народам?
Но этого достаточно, чтобы показать, насколько уместно было бы, чтобы те, кто живет за счет пота, не говоря уже о крови, бедных подданных, и кто велик и богат, думали бы о приумножении числа религиозных [деятелей], которые могли бы просвещать этих несчастных и направлять их к конечной цели вечной славы, а не помышляли бы о том, чтобы притеснять или угнетать самих этих религиозных деятелей. [...]»
Сноски к этому отрывку:
· a Сколько раз мы своими глазами видели, как носят на шее недавно отрубленные головы змей и почитают их как Бога. (В издании Аргенти 1615 года).
· b Отсутствует в издании Аргенти 1615 года.
132] 1617 Lith A (ARSI, Lith. 38-I, f. 392r).
[...] Severe praeterea blasphemam barbariem vindicavit Deus Polociae, cum auditam unius nostri doctrinam rudis aeternae vitae in praesentia multorum exsibilaret: Maiores nostri nulla rerum penuria laborarunt, nunquam tamen Trinitatis vestrae mysterium, multo minus Orationem Dominicam calluerunt.
a Publici haec blasphemia scandali mater fuerat, in publico proinde poenam dedit. a Vix enim dicta finierat, cum actus praeceps in plano, pedem a demeritibus omnibus a fregit. Magnam Verbo Dei hic casus conciliavit auctoritatem. [...]
a-a ms del
---
Перевод на русский язык
[132] 1617 Lith A (ARSI, Lith. 38-I, f. 392r).
[...] Кроме того, Бог сурово покарал богохульное варварство в Полоцке, когда [один] грубый [человек], услышав проповедь одного из наших [священников] о вечной жизни, освистал её в присутствии многих: «Наши предки не терпели недостатка ни в чём, однако никогда не знали тайны вашей Троицы, и тем более молитвы Господней [Отче наш]».
Это богохульство было источником публичного соблазна, поэтому он понёс наказание публично. Ибо едва он закончил говорить, как, споткнувшись на ровном месте, сломал ногу, [что было] заслуженно для всех. Это происшествие снискало великий авторитет Слову Божьему. [...]
1583. Compilatio ex variis scriptis, praesertim Collegii Vilnensis S. J.
Старые крестьян предубеждения: бьющий молнией Юпитер, называемый Перкунас, старые дубы; Шермукшнис (на латыни Sorbus)
В лесах, подобно римским весталкам, разжигали Перкуну посвященный негасимый огонь.
а тем временем их Перкунас после погасания огня и другие с ним ослабевшие божества
1618, Rostowski ( Крожи ) p. 170-171
Rostowski: Litvanicarum Societatis Jesu historiarum provincialium pars prima, auctore Stanislao Rostowski, ex eadem societate et provincia sacerdote, Vilnae, 1768, p. 251
..exsectae Perkuno, Jovi illo Lituanico, devotae quercus...
Вырубить Перкуну, этому Литовскому Юпитеру, освященные дубы
P. 114 (материал, предоставленный пользователем facebook Tomas Šalenga)
1604
«Жители Литвы, наиболее отдаленные от наших обычаев, настолько лишены помощи священников, что не только не знают таинств Католической веры, но и почти не ведают самого Бога <...> Есть у них один домашний бог, которого на своем языке они называют Dimstapatis, и о котором мнения расходятся. Одни говорят, что это бог огня, охраняющий дома от пожара; ему в жертву они приносят петуха, которого варят и съедают сами, а кости бросают в очаг <...> Имеют они и другого домашнего бога, которого на своем языке называют Pagÿrnis; ему в одних местах мужчины приносят в жертву свинью, в других — быка, а женщины — петухов, и совершают это трижды в год. <...>. Считается, что имя этого бога происходит от мельничного жернова, которым мелют зерно;..."
1605
«Некоторые почитают некоего бога, именуемого Дирволира (Diruolira), и закалывают ему в жертву свинью. Другие приносят в жертву козла богу, называемому Носолум (Nosolum), и выливают его кровь в реку с той целью, чтобы эти боги ниспослали им богатый урожай. Иные почитают бога Димстипатиса (Dimstipatis); обряд поклонения этому богу они наотрез отказались открыть расспрашивавшему [их] Отцу [священнику]».
CV A (ARSI, Lith. 38-I, f. 27v; cf. Annuae litterae Societatis Iesu anni MDCIV, ad Patres et Fratres eiusdem Societatis, Duaci, ex officina viduae Laurentii Kelami, 1618, p. 745, 746-749).
В книге "Załęski. Jezuici w Polsce"t. IV вып. I ,s.194 и
Lituanicarum societatis Jesu historiarum libri decem Auctore Stanislao
Nie wiele katolików miał Połock; na całe województwo, według zeznań naocznego świadka podskarbiego Tyszkiewicza, było siedm katolickich domów szlacheckich. Ruś ciemna, garść kalwinów i aryjanów oto jego nieliczna rzesztą ludność. Więc zrazu i pracy nie było tak wiele, potrzeba było drogo sobie ją stworzyć, wnet to nastąpiło. Jezuici wiedzieli, że królowi jak wszędzie tak tutaj
Основной текст:
194
kleru nie przysłał. Kazania mówili w swym kościele i w kaplicy swego miasteczka Ekimana czyli wyspa św. Jana. Z dzwonkiem w ręku zwoływał O. Alandus, Rusin, który się wyuczył starosłowiańskiego a znał ruski język jako ojczysty, najprzód dziecię, potem i dorosłą ludność na katechyzacją na rynku połockim i po wsiach. Zdziczenie obyczajowe było tak wielkie, że jak opowiada naoczny świadek sekretarz i historyk królewski Heidenstein, »lud tamtejszy rolniczy, nie mając dosyć rąk do uprawy gruntu, oprócz żon własnych, miał inne wspólne, niby dla synów małych naprzód zamówione, które im oddawał gdy ci synowie lat zupełnych doszli« ¹).
Nieuctwo też tego ludu niepojęte, z wielkim nakładem czasu i trudu wyuczyć go można było pacierza i pierwszych prawd wiary; merae ibi sunt Indicae, istne tu Indye, oby tylko nie brakło pracowników, dodaje kronikarz zakonny ²). Jeszcze 1592 r. na 60 mil
Сноски:
¹) Dzieje Polski.
²) Archiv. Prov. Pol. Fundationes 11, 56.
---
Правый фрагмент (без номера страницы, продолжение)
Основной текст:
Pomimo brzeskiej unii Rusi z Rzymem 1595 r., połoccy Rusini nie spieszyli do niej, owszem byli jej przeciwni. Wprawdzie władcy połocki Rypiński, utrzymywał przyjacielskie stosunki z Jezuitami, bywał na publicznych nabożeństwach, nawet na procesyi Bożego Ciała postępował tuż za celebransem; wprawdzie protopop dwóch swoich synków posyłał do szkół kolegium, ale lud, mieszczaństwo ruskie, niechętne było unii. Przyczyniało się do tej niechęci to, że władka za perswazyą Jezuitów, znosił powoli zakończony dawna zwyczaj dwużeństwa, lat kilka i kilkanaście żyjące z sobą stadła, za obopólną ugodą rozchodziły się i każda strona w nowe wstępowała związki i nowe brała śluby.
Walka z tym wstrętnym zwyczajem zniechęcała do unii, która bigami tolerować nie chciała ani mogła. Pomimo to Jezuici przed 1595 r. nawracali po 20 - 30 dysunitów rocznie, potem coraz więcej, w r. 1606 zanotował rocznikarz 110 nawróceń. Z herezyą działa
(Текст обрывается на полуслове внизу страницы)
---
Исторический комментарий к тексту
Этот фрагмент взят из польского исторического труда (вероятно, посвящённого деятельности иезуитов в Полоцке в конце XVI — начале XVII века). В тексте описываются следующие ключевые моменты:
1. Демографическая ситуация в Полоцке: Католиков было крайне мало — всего 7 шляхетских домов на всё воеводство. Основное население составляли «тёмная Русь» (православные), а также небольшие группы кальвинистов и ариан.
2. Методы миссионерства: Иезуит О. Аландус (Alandus), русин по происхождению, знавший русский и церковнославянский языки, ходил с колокольчиком по рынку и деревням, созывая детей и взрослых на катехизацию.
3. Нравы местного населения: Королевский историк Хейденштейн (Heidenstein) описывает дикие обычаи: крестьяне, имея недостаток рабочих рук, помимо собственных жён, имели «общих» жён, предназначенных для их малолетних сыновей, которых им передавали по достижении совершеннолетия.
4. Трудности миссии: Невежество народа было невероятным. Латинская поговорка «merae ibi sunt Indicae, istne tu Indye, oby tylko nie brakło pracowników» означает: «Там настоящие Индии, это тебе Индии, только бы не было недостатка в работниках». То есть миссионеры воспринимали Полоцк как «русские Индии» — огромное поле для миссионерской деятельности.
5. Брестская уния и сопротивление: После Брестской унии 1595 года полоцкие русины не спешили присоединяться к ней, а относились враждебно. Причиной тому была политика местного владыки (епископа) и иезуитов, которые начали бороться с обычаем двоежёнства (двужества), что вызывало недовольство населения.
6. Успехи миссии: Несмотря на сопротивление, иезуитам удавалось обращать в католичество от 20–30 «дисунитов» (противников унии) в год до 1595 года, а к 1606 году число обращений достигло 110 в год
Комментариев нет:
Отправить комментарий