старолитва

Ališauskas, Vytautas. Baltų religijos ir mitologijos reliktai Lietuvos Didžiojoje Kunigaikštystėje (XIV-XVIII a.): Šaltinių rinkinys.

[268] 1689 Missio sacerdotum Congregationis Missionis in Svyriai / Misijų kongregacijos kunigų misija Svyriuose (LMV, p. 1).

[...] Были устранены различные суеверия, которым они предавались, например: носили хлеб и другую еду на могилы в полях, где были похоронены родители или родственники, чтобы в день поминовения усопших эти души вкусили предложенную пищу; затем накануне Пятидесятницы ели мясо и бросали еду под стол, веря, что души тогда приходят и едят. Наконец, среди прочих суеверий, в день Рождества Христова все в полночь, преклонив колени перед дверью, пели песню, которая содержала призывание Ладо, бывшего одним из первых богов древней языческой Литвы, дабы весь год всё у них шло счастливо. Многие недействительные браки были перезаключены, и был отменён обычай у попов давать брак их русинским мальчикам и девочкам девяти, десяти и одиннадцати лет; то же самое было отменено и в приходе. Древние литовцы, то есть русины, которые не соблюдают ни постов русинских, ни католических, с которыми они только в пасхальное время исповедуются у наших священников латинского обряда, до 200 [человек] — одни приняли католическую веру, другие же русинскую, с обещанием перед Святыми Дарами жить и умереть в ней, и [соблюдать] благочестивые обычаи, посты и т.д. в любом обряде, который они приняли. Мы оставили священникам и попам книжечки и множество наставлений о роратах, колядовании, процессиях и святой воде, преподании Таинств, утренних и вечерних молитвах; наконец, мы серьёзно внушили священникам и попам, чтобы они не требовали слишком много за погребения и брак, чтобы своих не хоронили в полях, а католики не заключали брак у попов; попам же, то есть русинским священникам, от имени их Светлейшего Епископа, угрожая тяжкими наказаниями, мы запретили присутствовать на бракосочетании католиков без разрешения приходских священников, поскольку речь идёт о действительности брака и законности потомства, а законность в этих краях полностью относится к наследству. [...]

Lietuvos inventoriai XVII a./ K. Jablonskis ir M. Jučas. V. 1962
Инвентарь Камаев

Станиславъ Лаймович Дрыкгорадъ з жоною Зофеею, з сыномъ Яном, з дочками Алжбетою и Катрыною и зо всею местностью з села Романович в ыменю Лынтупском у селе Войшкунах на сес час у пана Фурса и малжонки его сполном держачом мешкаеть и им служить.

Миколай Стасюлевич Лоймович Кишкелисъ з жоною, з детьми и со всею маетностью своею з села Мекгун в маетности его королевское милости Рокантищках до воеводства Виленского належачое, у селе Скацстэлях оселостью мешкаеть, 

Ян Пуйдэлович з села Тябутов в местечку Постав ком розных панов сполном тот з мыта по нацмохъ служить.

Томаш а Мартин Матеевичи Матюковичы Свирплеве подданные фолварку Сурвилишского до Комай належачого з села Мелокгов.